Большая чешская сказка

4apek_01Бывает такое, что порой то ли от нечего делать, то ли от ностальгии по безвозвратному, делает рука непроизвольное движение и снимает с полки потрёпанную детскую книжку, которую нам давным-давно читала мать, или мы читали её сами. И, пытаясь вернуться туда, куда возврата нет, мы перечитываем знакомые строки пожелтевших страниц… Говорят, что возвращаться туда, где было хорошо, не следует, может постичь разочарование. Вот так и с книгами детства. Случается, откроешь сказку или историю, которая тебе маленькому казалась невероятно увлекательной, и видишь: ничего такого в ней нет, всё плоско, даже скучно. Делается грустно и обидно, чувствуешь себя обманутым и даже обворованным. Но порой старая книжка не разочаровывает, оказывается вполне занятной, но, правда, только для соответствующего возраста. С высот зрелости уже нельзя, не получается воспринимать всерьёз ни героев, ни сюжет, ни дидактические назидания автора.

 

Но бывает и совсем-совсем по-другому. Открываешь книжку, которая была твоим другом в далёком детстве, и видишь, что дружба продолжается на равных, книжка как будто повзрослела вместе с тобой. Когда ты читал её в детстве, она была совершенно детской, а сейчас стала вполне взрослой. Таких книг не много, как немного авторов, которые пишут и для детей пока они маленькие, и для тех же детей, но когда они станут большими.

 

4apek_3Первыми припоминаются, конечно, наши старые мастера сказок – Пушкин, Гоголь, Ершов. Из зарубежных в первую очередь – Ганс Кристиан Андерсен. Но сейчас я хочу рассказать о том, как однажды вот так же непроизвольно я взял с полки и открыл одну из самых любимых мною в детстве книг. Это были сказки незаслуженно мало читаемого у нас чешского мастера Карела Чапека. Я затрепал её, часто перечитывая, ещё в детстве. Потом она заняла своё место на полке, потому что я «вырос» из сказок. И вот, будучи уже немолодым тёртым дядькой, я почему-то перечитал все сказки Чапека. И великий чешский писатель снова заговорил со мной на равных, без обычных для многих детских книг скидок на якобы недопонимание детьми взрослого мира.

 

Ну, начать хоть бы с того, что действие сказок Чапека происходит в современной ему Чехии, то есть не так давно, лет 70 – 80 назад. И происходят в этих сказках подлинные чудеса: полицейский штрафует мурцианского короля за превышение скорости, дракон ставит рекорд на дальность полёта с пассажиром, доктора ночью вызывают вправить вывих русалке, споткнувшейся о лунный луч («Большая докторская сказка»), многоголового змея побеждает не королевич на белом скакуне, а усиленный наряд полиции при содействии пожарной команды («Большая полицейская сказка»). В сказках Чапека присутствуют, как им и положено водяные, лешие, домовые, султаны и короли с принцессами, разбойники и, разумеется, волшебники, но они запросто общаются с почтальонами, полицейскими, служащими бюро находок, врачами, шофёрами и даже с налоговыми инспекторами!

 

4apek_02В детстве все эти совмещения я принимал за чистую монету, и мне просто было интересно читать эти сказки. А позже мне открылись сокровищницы неподражаемого чапековского юмора. Волшебника, похитившего королевскую кошку, выслеживает и арестовывает сыщик, тонко спародированный с конан-дойлевского Холмса, а судит его судья доктор Корпус Юрис («Большая кошачья сказка»). Домовые-почтовики по ночам в почтовом отделении режутся в карты неотправленными письмами, причём старшинство «карт» определяется настроением письма, туз, который кроет все остальные карты – это, конечно, письмо, написанное с любовью («Почтальонская сказка»). Становится понятной грусть писателя об уходящих временах, когда технический прогресс не оставляет места сказочным существам. Что ни сказка, то волшебники, разбойники, домовые и лешие бросают своё ремесло и становятся обычными скучными обывателями. Так водяные становятся ВОДопроводчиками, подВОДниками и даже ВОДителями. Да, эти сказки нужно читать как минимум дважды – в детстве и потом, когда детство уйдёт.

 

Умение Чапека вплести сказочную нить в современные автору реалии жизни, делает его незаменимым помощником для всех, кто берётся сочинять сказки пусть не профессионально, а только для своих детей. В самом деле, почему бы не поселить бабу Ягу в трансформаторной будке (она как раз без окон, без дверей), не подружить волшебника с лётчиком, который будет доставлять его к месту волшебного действия не на ковре-самолёте, а на просто самолёте, не поселить сказочную царевну в башне… семнадцатиэтажной с грузовым лифтом?

 

Прочтите сказки Чапека своим детям, это порадует их и разовьёт их воображение. Прочтите их сами, результат будет тем же.

 

Иллюстрации: Карела и Йозеф Чапека.



Автор: Артемий Лебедев, 14 июля 2008 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Артемий Лебедев
Журналист, писатель, педагог, инженер, отец. Стоял у истоков журнала "Батя" и до 2012 года был его главным редактором.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
Сергей Белорусец о Фестивале Чуковского, литературе и жизни

С одной стороны, с детской литературой в России все в порядке. И доказательством тому – фестиваль имени Корнея Чуковского. С другой стороны, с детской литературой в России все совсем не в порядке. И доказательством тому опять же фестиваль имени Корнея Чуковского…

Детям о природе: книги, с которых стоит начать

Существует мнение, что книги о природе – далеко не самое интересное чтение. Это не так. Чтобы читателям было легче открыть для себя богатство этих книг, «Батя» сделал подборку изданий, с которых хорошо начать знакомство с литературой о родной природе.

Аттикус Финч: «Нечто такое, что не подчиняется большинству»

Книга американской писательницы Харпер Ли «Убить пересмешника» входит в пятерку лучших книг, написанных на английском языке. Эта книга – прежде всего, о том чуде, которое великий философ поставил рядом со «звёздным небом над головой»: о «нравственном законе внутри нас», о нашей совести.

Свежие статьи
Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.

lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.

Мужчина и его остров

Несколько слов о мужском внесемейном досуге.