Чёрная метка школьной программе, или Что и как читать с детьми

Всё в нашей жизни имеет обыкновение складываться самым странным образом. Копнёшь судьбу любого человека, и убедишься, что пути Господни неисповедимы.

 

Вот вспоминаю я свою школу, и каждый раз пробегает неприятная дрожь. Это они сумели. С первого класса до последнего, за что ни возьмись: учили химии – привили ненависть к химии; учили истории – подсадили на ненависть к истории. Был, был один учитель, ничем не похожий на других. Физик. Как же я любил тогда физику! Ан вот, физиком-то я и не стал! Зато русички шли одна другой хлеще. Они прививали не просто неприязнь, они прививали ненависть к своему предмету. Как же я ненавидел литературу, особенно русскую, особенно классическую! Томик Достоевского я рискнул открыть только через 15 лет после последнего звонка! А вот каким-никаким литератором, да стал.

 

Правда, читал я много. Очень много. Но только всё не то, что задавали.

prikluchenia_01_main

«Дело сделано», — сказал слепой, и судьба Билли Бонса решена. Чёрная метка – это вам не «Отцы и дети». Это много, много интереснее.

 

Впрочем, первым меня захватил не Стивенсон, а Верн, потом Купер. «Зверобой». Это была книга как раз по мне. Потом пошла и вся серия о Кожаном Чулке. Потом ещё был Майн Рид. А Стивенсон был позже. Впрочем, главное – не последовательность. И не набор авторов. Главное: все приключения я читал «самостийно» и выводы из прочитанного я делал сам, своим незрелым умишком. О! Как я восхищался Сильвером! Мне никто не объяснил, что Роберт Луис вывел в образе Сильвера человека гнусного, беспринципного, единственно, умеющего приспособить под себя текущую ситуацию. Но книжки «критики» о приключенческих романах не было в природе, о «детских книгах» с нами никто никогда не говорил.

 

Вот, вот, в этом-то вся и беда. Есть литература, которую проходят в школе, внушая к ней отвращение, а есть литература приключенческая, которую дети читают охотно. Но всяческую мораль и дидактику выводят из программной литературы. А она детям неинтересна. Детей можно заинтересовать приключенческой литературой, но из неё никакой морали никто не выводит.

 

Ладно, я умный папа. Как раз в то время, когда дети начинают уродовать себя об «Гарри Поттера», я коварно подсунул сыну Жюля Верна. С месяц мы читали «Гектора Сервадака», и оценивая мораль поступков героев, и сравнивая познания середины XIX века с началом XXI.

 

Уж знаю своего сына, и полагаю, что Рид и Купер ему не пойдут. Но Стивенсон будет. Этого я добьюсь.

 

Но, конечно, классом пониже идут Верн, Рид, Купер. Можно ли без них обойтись? Нет, в принципе нельзя. Почему? А очень просто. Классическая приключенческая литература рассказывает юному читателю о добре и зле, показывает наиболее типичные характеры.

 

О да, не буду спорить. Верн упрощает характеры, Купер их гипертрофирует, Рид ходулен, может, разве Оцеола выглядит у него живым человеком.

 

Но что до этого дела вашему сыну или дочке? Я даю вам 100%, что ваши дети не прочтут ни «Оцеолу», ни «Квартеронку», ни «Последнего из могикан». Вот вам отрывок из интервью с заведующей одной детской библиотекой.

 

— В нашем детстве хорошо читались Конан-Дойль, Жюль Верн, Купер, Рид, Дюма… Куда сейчас смещаются интересы?

— Сейчас Дюма мало кто читает и также все остальное названное. Сейчас интересы сместились в сторону Гарри Поттера, Толкиена. И девочки и мальчики читают страшилки, детективы. Девочки берут современные низкопробные романы. Все это такого низкого качества, что не пойму, как это все вообще печатают. Причем стали исписываться и наши известные детские писатели. В последней книжке Эдуарда Успенского какие-то черные пальцы, красные глаза, зеленые руки… Родители наших малышей, возвращая этот опус, говорили, что дети не спали после таких чтений.

 

Вот и выходит, что сегодня истинных потребностей в чтении не может дать ни школа, ни библиотека. Кто может помочь юному человечку прочесть то, что потом пригодится в жизни?

 

Мы. Бати. Отцы.

 

В тех же библиотеках есть всё, что нам надо. Кроме того, хорошая приключенческая литература постоянно переиздаётся и есть в книжных магазинах. И ещё почти у каждого метро старички продают классику приключений за 30 – 50 рублей за том. А ведь что-то ещё пылится дома! Нужно только не пройти мимо, присмотреться, купить. И вот сама жизнь открывается перед ребёнком!

 

Даже ходульные (для взрослого) Рид и Купер чётко проводят границы добра и зла. В упрощённом, схематическом виде классика приключений учит человечка отличать дурное от доброго.

 

Жюль Габриэль Верн (1828 – 1905)

Жюль Габриэль Верн (1828 – 1905)

Начнём мы, пожалуй, с Жюля Верна. Время неумолимо стачивает с его романов «взрослость», чем далее, тем более ранние поколения начинают своё путешествие в мир приключений с Жюля Верна. Что ж, писатель в своём творчестве сознательно пошёл на большие риски – на прогнозирование будущего технического прогресса и науки. И чем дальше, тем расхождений между прогнозами Верна и действительностью становилось больше. Сегодня не то что никто не поверит, что из пушки можно долететь до Луны, но не поверит никто и в то, что капитан Немо спускался на глубины в 16 километров.

 

 

Но герои Жюля Верна не космические аппараты и не подводные лодки, его герои – люди. И именно за приключениями людей следит читатель взрослый или юный. А люди, герои Верна неизменно вызывают симпатию. Подозреваю, что именно в этом и состоит такое удивительное долгожительство его книг. Чего стоят все без исключения персонажи Верновской робинзонады «Таинственный остров»! Маленького читателя больше всего, как правило, увлекает образ смелого, доброго и немного наивного моряка Пенкрофа. Но внимательное прочтение показывает, что главные приключения книги – приключения человеческого ума и изобретательности, которые проявляет инженер Сайрес Смит. Именно его ум, знания делают нежилой остров жилищем человека.

Снаряд – на Луну!

Снаряд – на Луну!

Читая вместе с ребёнком Жюля Верна, будьте сами внимательны, не пропускайте поводов для путешествий по земному шару (пусть с помощью атласа), по солнечной системе, по элементарным хотя бы познаниям о природе!

Таинствнный остров

Таинствнный остров

 

Кто-то когда-то пустил слух, что Жюль Верн-де, был кабинетным писателем, а мира он-то и не видел. Ещё раз разоблачу это укоренившееся заблуждение. Он был в Америке, плавал на своей яхте вокруг Европы, обошёл Средиземноморье, на севере добирался и до Скандинавии.

 

Я не сверял всех научных данных, приводимых Жюлем Верном в своих романах с научными данными второй половины XIX века, но, безусловно, Верн был весьма образованным человеком. Не будем спорить с тем, что порой его фантазия перехлёстывала через край. Но дети доверчивы. Они легко принимают условия игры. Но дети – не дурачки: они легко отличают игру от действительности. Поэтому, если вы даёте своему ребёнку почитать Жюля Верна, или вечерами читаете ему вслух, запаситесь кое-какой справочной литературой. Пригодится подробный географический атлас, справочники по физике и астрономии. Чтение романов Жюля Верна таким образом может превратиться и в путешествие в мир науки и её истории. Пригодятся и знания по истории, ведь герои Верна, как и любого другого писателя, живут не на луне, а на земле, причём в определённую историческую эпоху. И, чтобы лучше понять их, нужно хотя бы схематично представлять себе, как в эту эпоху жили, о чём думали, чем восхищались, на что надеялись.

 

Джеймс Фенимор Купер

Джеймс Фенимор Купер

Джеймс Фенимор Купер оставил после себя 33 романа. Однако большая их часть, писанная на злобу дня, сегодня для нас практически не существует. А пенталогия о Натти Бампо (он же Кожаный Чулок, он же Следопыт, он же Длинный Карабин) и спустя полтораста лет после смерти автора живёт полнокровной жизнью.

Странно писались эти пять знаменитых романов. Первым в 1823-м году был написан четвёртый, предпоследний роман «Пионеры», действие которого происходит в 1793-м. Фенимор Купер ещё помнит Америку конца XVIII-го века, ломку устоев жизни первых поселенцев, и выводит образ старого охотника, который не вписывается в новые общественные отношения.

 

Но история родной страны не даёт покоя писателю: в 1826-м году из-под его пера выходит «Последний из могикан», действие которого происходит на 40 лет раньше. Меж сложных и увлекательных приключений сквозит драма – исчезновение племени могикан. А ведь до «настоящего» освоения Дикого Запада ещё далеко. Англия, Франция, Испания, Голландия владеют всего лишь сравнительно небольшими колониями в Америке. Правда, за колонии ведётся война, в войну беспринципно вовлекаются коренные жители, образ которых Купер, конечно, сильно романтизировал. И вот алчная Европа, грубо используя все подручные средства, ненароком достигает исчезновения племени, народа.

Через год Купер вновь обращается к своему главному герою – Натти Бампо в романе «Прерия». В этой книге старый охотник доживает последние свои дни и в конце концов умирает. Но Купер уже вошёл во вкус, он сам подпал под обаяние мудрого и благородного охотника! В 1840-м году выходит «Следопыт», где Натти Бампо ещё довольно молод и полон сил, и где он участвует в вялотекущей войне между английскими и французскими колониями в качестве разведчика.

prikluchenia_06_main

Иллюстрация к роману «Следопыт»

prikluchenia_07_main

Иллюстрация к роману «Следопыт»

Всё есть в «Следопыте», чему надлежит присутствовать в приключенческом романе: война, любовь, предательство, опасности, отвага и опыт главных героев. Да, персонажи весьма ходульны, их поведение механично, а если говорить точнее, они наделены автором псевдопсихологическими чертами. Ни честный шкипер Джаспер, ни глуповатый старый матрос Чарльз Кэп, ни лживый лейтенант Мюр не испытывают гамлетовских мук перед совершением того или иного поступка. Они действуют согласно тем маскам, которые надел на них писатель. Но гамлетовы метания и непонятны и не нужны пока ребёнку. Ему нужно видеть добрые и дурные поступки, справедливость и произвол, и учиться отделять дурное от доброго. «Следопыт» объективнее написанных ранее Купером романов о Кожаном чулке. Хотя и здесь его симпатии на стороне англичан, а не французов, на стороне делаваров, а не мингов, всё же, всё же в «Следопыте» Куперу удаётся хот в какой-то мере оставаться «над дракой».

 

И вот, что удивительно, через год после «Следопыта» выходит в свет «Зверобой», роман, написанный последним, хотя, если хронологически прослеживать жизнь нашего героя, он будет первым о приключениях совсем ещё юного Натти Бампо.

 

 

prikluchenia_08_main

Томас Майн Рид

Шотландец Майн Рид в 1840-м году приехал в Америку и прожил там 9 лет. За это время он сменил несколько профессий, успел поучаствовать в Мексиканской войне и начал литературную деятельность. После его ещё несколько раз носило между Америкой и Англией, но толчок к приключенческой литературе Рид несомненно получил в своё первое пребывание в Америке. Майн Рид написал очень много, всего и не перечислишь. Любопытно, что он чётко разделял в своём творчестве детские книги от взрослых. Но неумолимое время изрядно потёрло эту грань, и сегодня Майна Рида вряд ли кто-нибудь назовёт взрослым писателем.

 

Рид прожил довольно долгую и бурную жизнь. Противоречивый характер и веяния времени ввязывали его то в войну, то в какой-нибудь мятеж. Но вот, несмотря на то, что в военных действиях он проявлял беспримерную отвагу, в памяти поколений он остался писателем. Писателем приключенческих книг.

 

Не так много из обширного творчества Рида выдержало испытание временем. «Детский цикл» ушёл в литературное небытиё почти весь. Но если порыться, то обнаруживаются и в нём очень неплохие и поучительные для детей вещи. Как пример приведу «Затерянных в океане» — роман о двухнедельных скитаниях горстки людей на обломках потерпевшего пожар корабля. Причём на разных плотах спасаются разные части команды, между ними вспыхивают конфликты вплоть до охоты друг на друга. Но спасаются те, кто в безнадёжной ситуации ведут себя достойно имени человека – выручают друг друга и проявляют морскую смекалку. Эта книжка подойдёт и младшим школьникам. Правда, пожалуй, сами они её не осилят, нужно тратить вечера, читать объяснять. Но это не будут зря потраченные вечера!

 

«Взрослые» же романы Рида как-то незаметно перешли в библиотеку юношества. Из всего огромного их числа «на плаву» осталась горстка наиболее удачных – «Мароны», «Квартеронка», «Всадник без головы» и, конечно, «Оцеола, вождь сименолов».

 

В «Квартеронке» и «Маронах» Рид выражает всё своё омерзение к такому явлению как рабство. И тут можно понять его.

 

«Всадник без головы» — интрига, интрига, интрига, любовь, ревность, убийство, страшный всадник, словом, всё, что заставляет читать книгу после того как родители выключили свет с фонариком под одеялом.

Оцеола порывает договор с «белыми» (иллюстрация из кникги)

Оцеола порывает договор с «белыми» (иллюстрация из кникги)

Особняком, пожалуй, в творчестве Майна Рида стоит роман «Оцеола». Здесь борьба добра со злом не сводится к противостоянию очень хороших героев с очень плохими. Оцеола – не Виннету, не вымышленный герой, это реальный человек. И поступает он не шаблонно, а как живой человек со своими достоинствами и недостатками.

 

В 1830-х г.г. коренное население Америки уже сильно мешало белым колонистам. Почти в земном раю, во Флориде (стране цветов) жило племя сименолов. Но столь хорошие земли были нужны будущим «хозяевам мира» — тем, кого сегодня называют американцами. Пройдёт ещё пару десятилетий и американцы будут платить деньги за скальп индейца – мужской, женский, или детский. Уже родился Сидящий Бык, великий индейский вождь, который спустя 30 лет разобьёт кавалерию генерала Кастера. А в конце жизни ему останется только сопротивляться распродажей индейцами резервационных земель… Это ещё будет. А пока белые американцы добровольно-принудительно вытесняют индейцев с лучших земель, с родных земель, дальше от лесов и степей, ближе к пустыне. И многие вожди идут на соглашение, соблазняемые теми или иными «выгодами». И древний народ не находит в себе сил оказать мощное сопротивление. Вот в этих условиях молодой вождь Оцеола возглавляет ту небольшую часть своего народа, которая предпочитает умереть на своей земле. А ведь с юности вождь имел много друзей среди белых! И сложно ему быть самим собой, когда ни среди белых друзей, ни среди своего народа он не находит поддержки.

Оцеола. Прижизненный портрет

Оцеола. Прижизненный портрет

Безусловно, книга Майна Рида – не точная биография Оцеолы. Но хотя бы в таком, романтизированном, зато увлекательном виде можно ознакомится с жизнью и смертью такой выдающейся личности. Перечитайте эту книгу со своим сыном или дочерью, а потом, вдоволь упившись остросюжетными приключениями, найдите хоть в Интернете биографию реального Оцеолы. На таком материале можно не только пополнить свои знания по истории, но и попытаться понять, как история становится приключенческим романом и как реальный человек становится легендой.

 

На наше счастье в жанре приключений работали замечательные мастера, каждому из которых можно посвятить не главку в статье, а целую книгу. Луи Буссенар, Рафаэль Сабатини, Александр Дюма, Джек Лондон, Джозеф Конрад, Роберт Штильмарк… Всех и не упомянешь… Но нельзя ничего сказать о короле приключенческого жанра…

 

 

Роберт Луис Стивенсон

Роберт Луис Стивенсон

Уже в детстве Роберт Луис Стивенсон знал, что умрёт рано: у него был обнаружен туберкулёз. Видимо поэтому за свои 44 года и написал так много, будто спешил…

 

Много. А ведь мы почти все знаем его как автора одной книжки – «Острова сокровищ»! И считаем его детским писателем, и не заботимся о том, прочтёт наш отпрыск хотя бы знаменитый «Остров сокровищ», или всего лишь посмотрит пародийный мультфильм на его сюжет. А ведь этот мастер не заслужил ничем такого забвения!

 

Он оставил после себя множество стихотворений, из которых у нас наиболее известно «Вересковый мёд». Он писал исторические романы, правда, в этом жанре слишком больших успехов он не достиг.

 

А кто сегодня вспомнит «Владетеля Баллантрэ»? Роман о борьбе, любви и ненависти двух братьев – конкурентов на наследство? Сходство и различие их характеров приводит к невероятным коллизиям… Но ребёнку этого лучше, конечно не давать, как в школе детей заставляют читать Достоевского… Только для взрослых скажу, что интерес к разным граням одной личности вылился у писателя в фантасмагорию «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда». Эти вещи навсегда останутся крупными жемчужинами в ожерелье мировой литературы. Как и «Потерпевшие кораблекрушение» — авантюрно-приключенческий роман из современной Стивенсону жизни.

 

Он оставил несколько сборников рассказов настолько разноплановых, что трудно поверить в работу одного автора. Рассказы с налётом мрачноватой шотландской мистики соседствуют с саркастическими приключениями принца Флоризеля, которого так полюбили наши телезрители. Отмечу, впрочем, что, работая над кинокартиной о принце Флоризеле, наши кинематографисты по большинству заменили сарказм иронией. И рассказы о принце, в отличие от фильма, я детям не очень бы и рекомендовал.

 

Вот такой у нас получается образ всемирно признанного детского писателя: «этого детям нельзя, это им рано, а это и вовсе взрослая вещь!»

 

Но нет! Сделал Стивенсон, хоть и немного, произведений очень, очень подходящих для детей и юношества. Во-первых, это почему-то подзабытая у нас дилогия о Дэвиде Бэлфуре «Похищенный» (1886) и «Катриона» (1893). Я не напрасно проставил даты написания этих романов. При чтении «Похищенного» создаётся впечатление, что он оборван на половине главы, начало «Катрионы» как будто продолжает оборванную фразу. Только одним я могу объяснить это. Тема жизни Шотландии, её кланов, горных и равнинных шотландцев, их взаимоотношения в период после восстания 1745-46-го годов настолько волновали Стивенсона, что все 5 или 6 лет «простоя» тема жила в писателе, формировались новые образы героев, взрослели старые, и в итоге, повзрослевший автор снова сел за письменный стол, как будто отходил от него всего лишь выкурить трубку.

 

Чёрная метка

Чёрная метка

Чем отличается дилогия о Бэлфуре от почти всех приключенческих романов? Я бы сказал, что в первую очередь как раз тем, что автор, описывая борьбу сторонников принца Чарли (Стюарта) и сторонников правящей династии, сам будучи шотландцем, он сумел в подлинном смысле слова встать «над дракой». И якобиты и тори у него – люди, каждый со своими недостатками и достоинствами, а не «хорошие» или «плохие».

 

Во-вторых, здесь, как, впрочем, практически нигде Стивенсона не упрекнёшь в подражании театру дель арте, театру масок, где каждый герой действует строго в рамках прописанных ему псевдопсихологических черт. Стивенсон смело вбрасывает в один неразрывный клубок двух беглецов–изгнанников – вига Бэлфура и якобита Алана Брэка. Позже к ним подключается и прекрасная Катриона – возлюбленная Бэлфура, но… отчаянная якобитка! И совершение каждого поступка герой вынужден согласовать с понятиями чести, долга, совести, дружбы и любви. А они как раз всё время подсказывают диаметрально противоположные решения!

 

Не будем преувеличивать, до Достоевского здесь ещё довольно далеко, но, несмотря на нагромождение приключений (роман-то приключенческий!) подлинные жизненные вопросы ставит перед читателем Роберт Луис Стивенсон! И кто даст ответ на сложный (для детского умишки) вопрос? Школьная учительница? Да она этого с детьми не проходит!

 

Батя. Только батя объяснит сынке или дочуре что, к чему и как.

Сильвер умел быть обаятельным

Сильвер умел быть обаятельным

Классикой, шедевром и рафинированным образцом приключенческой литературы по праву считается роман Стивенсона «Остров сокровищ». И уж кажется, все мы его читали. Да, читали. Но когда? Когда сами были сопляками. Что мы могли понять в этой книге? Мы следили за приключениями Джима Хокинса, мы негодовали упрямству капитана Смолетта, но самое страшное – мы восхищались уму и хитрости бандита Сильвера!

Но подлинность его – коварство и убийство

Но подлинность его – коварство и убийство

Книжка не такая большая, возьмите, и перечитайте её сей же час, сегодня же!

 

Что, иначе проставились акценты, другое мнение сложилось о героях? Да? То-то же. А мы отпускаем своих детей в свободное плавание по страницам этой умной и непростой книги.

 

Конечно, Джим Хокинс, как бы мы его ни рассматривали, останется смелым и решительным мальчиком. Но проследите на протяжении повествования как меняются его поступки и их оценка. Отвага, порой граничащая с бесшабашностью, постепенно переходит в настоящую мужскую разумную смелость. А капитан Смолетт, конечно, солдафон солдафоном. Но с высоты даже не слишком зрелого возраста оказывается, что это человек долга, Смолетт никогда не подведёт и не предаст. На Острове Сокровищ он возглавляет войну с пиратами, действуя по-уставному. Но воинский устав Смолетта вкупе с его солдатской закалкой как раз и одерживают победу над превосходящими, но неорганизованными силами пиратов.

 

Нечего удивляться, что в двух последних экранизациях «Острова сокровищ» на роль Окорока, одноногого Джона Сильвера приглашали не хороших, а гениальных актёров. В 1971-м году это был Борис Андреев, а в 1982-м Олег Борисов. Вот, вроде, детская, фактически, книжка, да и написана она ещё молодым писателем, а на эту роль нужен был мастер. Герой умён, хитёр, алчен, обаятелен, коварен, методично жесток, но способен проявить и добрые чувства. Будь я актёром, не так бы я хотел сыграть Гамлета, как Окорока, вот где можно было бы проявить весь свой актёрский талант.

Борьба добра и зла в приключенческих романах обычно происходит на саблях

Борьба добра и зла в приключенческих романах обычно происходит на саблях

И этого и других героев, чья драма разыгрывается на Острове Сокровищ и на борту «Испаньолы» — вот бесценный клад, оставленный нам великим писателем.

 

И в заключение я вернусь к той самой мысли, которую попытался развить вначале.

 

Страшная это штука – «прохождение» какой-либо книги, или автора. Это может убить в человеке, ещё таком хрупком, вообще любовь к чтению. И страшноватые мысли наводят на меня программы литературы, даже современные. Я уже говорил о том, что «большие» романы Достоевского писаны никак не для детей, и в разряд детской и юношеской литературы они никак не стремятся. Хорошо, ввели в программу некогда запрещённого Булгакова. Надо читать и знать Булгакова? Да, конечно. Но что ввели в программу? Неоконченный, недоработанный, с тематикой христианской, но сомнительной роман «Мастер и Маргарита». Я даже скажу, почему именно его ввели. Потому что больше других запрещали. Вот и вся логика. А о том, что вершиной творчества того же Булгакова был и остаётся роман «Белая гвардия», попросту забыли. Хотя и эта книга не для детей.

 

В ряде школ ввели в программу весьма сомнительные «Приключения Тома Сойера». Да даже если они не такие сомнительные, как мне представляется, холодный ужас охватывает меня, когда я представляю, как эту книгу «проходят»: выводят типичных представителей эпохи и времени – собственно, Тома, Геккельберри Финна, индейца Джо… А ведь при «прохождении» без этого не обойтись!

 

Нет, нет, мы, конечно, по мере сил будем «проходить» то, что задают в школе на уроках «литературы». Но мы с вами сделаем и кое-что другое. Мы как будто невзначай будем подсовывать нашим детям классические образцы приключенческой литературы. Более того, мы сам перечитаем их, оживим в памяти. Мы не будем задавать своим детям трудных заданий «по прочитанному материалу», сочинений мы тоже от них не потребуем. А просто, невзначай, заведём разговор о пушках Жюля Верна, о Кожаном Чулке, об Оцеоле, о сложностях характера Джона Сильвера.

 

Двумя способами ребёнок готовится ко взрослой жизни: через игру и через чтение. Мы, кажется, приходим к заключению, что чтение приключенческой литературы способствует развитию полноценной личности. Но батя, тятя, отец, должен, обязан отслеживать, что читает его сын, дочь. Он должен быть готов ответить на те вопросы, которые даже не ставятся на уроках литературы.

 

Если своей статьёй я немножко помог вам в этом, я рад.

Не желаете поискать?

Не желаете поискать?

P.S. «Гарри Поттера» я так и не прочёл, но заведомо знаю, что оный опус ни на миллиметр не переплюнул классику приключений, о которой мы сегодня говорили. Да, знаю, хотя бы исходя из того, что для «раскрутки» «Острова сокровищ» не потребовалось ни фартинга. А сколько тыщ долларов было спущено на раскрутку «Поттера»! То, что само по себе – жемчужина, в рекламе не нуждается.



Автор: Артемий Лебедев, 15 августа 2009 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Артемий Лебедев
Журналист, писатель, педагог, инженер, отец. Стоял у истоков журнала "Батя" и до 2012 года был его главным редактором.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
Сергей Белорусец о Фестивале Чуковского, литературе и жизни

С одной стороны, с детской литературой в России все в порядке. И доказательством тому – фестиваль имени Корнея Чуковского. С другой стороны, с детской литературой в России все совсем не в порядке. И доказательством тому опять же фестиваль имени Корнея Чуковского…

Детям о природе: книги, с которых стоит начать

Существует мнение, что книги о природе – далеко не самое интересное чтение. Это не так. Чтобы читателям было легче открыть для себя богатство этих книг, «Батя» сделал подборку изданий, с которых хорошо начать знакомство с литературой о родной природе.

Аттикус Финч: «Нечто такое, что не подчиняется большинству»

Книга американской писательницы Харпер Ли «Убить пересмешника» входит в пятерку лучших книг, написанных на английском языке. Эта книга – прежде всего, о том чуде, которое великий философ поставил рядом со «звёздным небом над головой»: о «нравственном законе внутри нас», о нашей совести.

Свежие статьи
Про подготовку к «настоящей жизни». Сергей Пархоменко

Автор обучающих настольных игр и отец двоих детей Сергей Пархоменко объясняет, почему родителям нужно давать своим детям возможность учиться весело.

nedetsky_mir_min_1

Размышления отца о том, можно ли и нужно ли оберегать ребенка от окружающего мира, если, повзрослев, он все равно столкнется с «правдой жизни» и всяческими соблазнами?

Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.