Дневник папы одного мальчика. Попугайчики

Из сибирского города Кемерово нам привезли волнистых попугайчиков. Мамина сестра, тетя Галя, на протяжении долгих лет держит у себя такую крылатую пару, и в один прекрасный момент эта пара, совершенно удивительным образом, изловчилась принести многочисленное потомство. Нужно было решать судьбу малышей. А тут как раз пришло время бабушке, маминой маме, отправиться с ежегодным визитом к нам, в Екатеринбург. А, уже в свою очередь, тут, в Екатеринбурге, имелось двое маленьких детей: Егор и Дарина, приходящихся друг другу двоюродными братом и сестрой, для которых попугайчики должны были стать приятным и, во многом, полезным сюрпризом. В общем, бабушка привезла с собой в поезде живой подарок, отказаться от которого было невозможно. Да и не хотелось – лично я уже давно начал задумываться о приобретении какой-нибудь домашней живности для сына.

popugay_01

.

 

Новость о скором появлении у нас домашних питомцев Егор перенес стоически и без особого энтузиазма. Он любил гонять сизых голубей на улице, он с удовольствием разглядывал петуха и куриц, когда мы ездили в деревню, он даже знал десяток-другой птичьих разновидностей и мог разобраться – кто есть кто; но что делать с ожидаемыми попугаями – малышу было не совсем понятно. Нет, он, конечно, состроил удивленное лицо, когда мы сообщили ему, выдержал многозначительную паузу, как бы демонстрируя свою заинтересованность, но этим все и закончилось. Мы с Иришкой, надеясь увлечь сына, начали мало-помалу объяснять ему про ответственность за прирученных, про бережное отношение к тем, кто меньше и слабее, рассказывали про особенности поведения попугаев — хотя на тот момент мы и сами знали о них не слишком-то много.

 

И вот, попугайчики прибыли. Белый, зеленый, желтый и синий. Два – для Дарины, два – для Егора. Судя по окрасу роговицы клюва – все они предполагались мальчиками, потому делить их между маленькими хозяевами было все равно как. Тем не менее, было постановлено — первое, стрессовое для них время попугайчиков не разлучать, оставить всех четверых у Дарины; а пока суть да дело – присмотреться, как пернатые ладят между собой, что должно было помочь в их разделении «по домам», да решить организационные вопросы по отселению. Поэтому первое знакомство сына с попугайчиками произошло в гостях.

 

Егор с нескрываемым любопытством разглядывал молодых птах, половина из которых в скором времени должны была принадлежать ему, и, конечно же, изъявил желание «погладить» их. Впрочем, ему этого не позволили, ведь тогда пришлось бы вероломно ловить «новоселов», пока еще совсем не ручных, подвергая их излишним переживаниям. С них вполне довольно было и долгого «безбилетного» пути в две тысячи километров, нового дома и новых звуков, целой кучи незнакомых «великанов» вокруг. Но Егор настырничал и все равно изловчился сквозь решетку потрогать пальчиком хвост одного из попугаев, после чего утратил к ним интерес… Видимо малышу было важно почувствовать себя полноправным хозяином, и он решил не раздразнивать себя раньше времени, а попросту дождаться обещанного момента.

 

Вскоре выяснилось, что синий попугайчик хорошо ладит с желтым, а белый, по единодушному мнению – самый красивый, с зеленым. Нам сообщили, что мы уже можем забрать свою пару – ту, в которой этот самый красивый отсутствовал. Принцесса Дарина, как, впрочем, и вся остальная наша родня, ни при каких условиях не пожелала расставаться с такой красотой, а нам, признаться, нравились все и начни мы выбирать – это бы только усложнило «дележ». Синий с желтым были отловлены и посажены в нашу клетку; для них, в отдельный кулечек, отсыпали немного корма, на первые несколько дней. С этим багажом мы отправились восвояси.

 

Мне неожиданно вспомнился тот далекий день, когда мы привезли новорожденного Егора из роддома домой, тогда он впервые, пусть и не самостоятельно, переступил порог нашей квартиры, и у нас сразу началась новая, совсем другая жизнь, со своими радостями и трудностями. Мне вспомнился именно путь домой, эти несколько минут: мои мысли о происходящем тогда, эти шаги по лестницам подъезда, это мерное посапывание родного малыша на моих руках, это ощущение переступания черты, начала очередного этапа. Мне вспомнилось все это, потому что нас ждал такой же путь домой, после которого что-то должно было безвозвратно измениться. Безусловно, сын и попугайчики не очень-то сопоставимы по своему масштабу и влиянию на жизнь. Но, тем не менее, в нашей семье происходило «пополнение», а это всегда волнительно.

 

Пока мы выходили из подъезда и усаживались в машину, Егор каждые десять секунд проверял наличие клетки и двух маленьких птах в ней. Казалось, малышу не верилось, что эти попугайчики, наконец-то стали принадлежать ему, и что, начиная с сегодняшнего вечера, он сможет каждый день, практически в любое время, наблюдать за ними. Мы с Иришкой объяснили, что нужно быть аккуратным и не слишком докучать пернатым своим присутствием, по крайней мере, первое время. Кроме того, уже смеркалось и всем малышам – и Егору, и попугайчикам — по приезду нужно было ложиться спать.

 

Когда я, поставив машину на стоянку, пришел домой – перед моими глазами предстала очень трогательная картина: Егор сидит у самой клетки, близко-близко, его нос практически касается металлических прутьев, и тихим голосом поет нашим новым жильцам колыбельную:

 

— …глазки закрывай. Баю-бай…

 

Заметив меня, сын немного смутился и принялся сбивчиво объяснять, что это — попугайчики, и они будут жить у нас, сейчас им нужно спать, и он решил спеть им песенку. То, что перед сном обязательно должна быть песенка, Егор знал уже очень хорошо. Я улыбнулся, мне стало понятно, что у малыша с попугаями все сложится очень удачно, что за всей его былой суровостью и отсутствием интереса скрывалось обычное недопонимание и тягостность ожидания, что наши родительские уроки не прошли даром…

 

— Они кушают только зернышки! – напоследок загрузил меня «энциклопедическими» знаниями сын и забрался в свою кроватку.

 

Утром следующего дня нас разбудил непривычный щебет. Егор потер глаза и, прислушиваясь к громким звукам, доносившимся с кухни, вопросительно уставился на нас. Спустя пару секунд лицо его расплылось в счастливой улыбке:

 

— Ой, забыл!.. Попугайчики!

 

Сын тотчас побежал общаться со своими питомцами.

 

— Ой, какие хорошенькие! – малыш попробовал свистеть вместе с птахами, и хотя выглядело это очень потешно, ничего толкового не вышло – те не понимали и не воспринимали хозяина-мальчишку. Пришлось рассказать сыну, что с попугайчиками лучше всего разговаривать обычным человеческим языком, что Егор назначается в этой веселой компании за старшего, что положение старшего дает не только права, но и обязанности, и что общаться с подопечными нужно как с равными, точно так, как общаемся с Егором мы, родители.
Очень скоро между сыном и попугайчиками сам собою сложился настоящий этикет. Малыш каждый день желает им доброго утра и спокойной ночи, извиняется, если причиняет им какие-то неудобства, при этом искренне раскаивается – я вижу это, любопытствует – не включить ли им музыку, ждет пару секунд ответа, и, приняв молчание за согласие, включает ее; не забывает угощать их полезными вкусностями, например — морковкой. Егор может и осадить чересчур расшумевшихся или дерущихся пернатых, для пущей важности по-взрослому насупив брови: «Не ругайтесь!». А еще сын неустанно подбирает с пола зернышки, разбросанные «забияками», и опять складывает их в кормушку.

 

Почти месяц наши маленькие подопечные были безымянными. Мы даже начали привыкать к такому положению вещей — ну, попугайчики и попугайчики. Но в какой-то момент возникла идея – почему бы не доверить выбор имен для пернатых Егору? Мы прекрасно понимали, что это, все же, большая ответственность – дать имя живому существу; что, помимо ответственности, нужен творческий подход к делу, а еще твердость и уверенность в правильности выбора, безо всяких метаний и колебаний. Напрашивался вопрос – справится ли малыш, сможет ли озвучить что-то действительно подходящее, или же нашим питомцам придется коротать свой век под странными наименованиями, а мы с Иришкой то и дело будем вынуждены, смущаясь, объяснять гостям и знакомым происхождение таких удивительных имен. Но мы рискнули. Теперь попугаев зовут Артёма и Пупсик.



Автор: Сергей Путин, 7 апреля 2014 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Сергей Путин
Юрист. Некогда участник литературного клуба "ЛебядкинЪ" при журнале "Урал". Публикуется в литературных изданиях и на интернет-ресурсах. Пишет в основном о детях и для детей. Женат, воспитываю сына Егора и дочек Ульяшу и Варю.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.

Мирослав Бакулин. Зубной рай

Все казалось ему, что отец наклонится, подмигнет хитро и станет, крутясь, как мокрая собака стряхивает с себя воду, сбрасывать с себя и слежалый ватник, и дырявую майку, и дряблую кожу, и поднимется снова, улыбающийся, белобрысый, и снова станет детство.

Владимир Лучанинов. Научить ребенка верить – как?

Главный редактор православного издательства «Никея» Владимир Лучанинов о детях в храме, о православном воспитании и своих пяти дочках.

Свежие статьи
nedetsky_mir_min_1

Размышления отца о том, можно ли и нужно ли оберегать ребенка от окружающего мира, если, повзрослев, он все равно столкнется с «правдой жизни» и всяческими соблазнами?

Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.

lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.