Дневник папы одного мальчика. Знакомство с Зубной феей

Многие из тех, кто рос в советские годы, наверняка подтвердят мое предположение о том, что зубной врач оказался самым страшным и самым заклятым персонажем их детства, а, быть может, и всей жизни. В те, уже далекие, времена методы лечения и подход к пациентам были, скажем так, далеки от совершенства. И пускай сейчас многое изменилось, но осадок-то неприятный остался. Права народная мудрость: что посеешь – то и пожнешь.

 

Почему дети боятся врачей? Потому что те могут сделать больно: укол, к примеру, поставить, или болячку потрогать или еще что-нибудь. Да и не только могут – делают это! Таково уж их, врачей, предназначение. И бесполезно объяснять ребенку, что это все во благо; внимание малыша все равно будет сконцентрировано на происходящем сиюминутно, во время процедуры или осмотра, но никак не на положительных последствиях. Кроме того, маленьких нередко пугает неизвестность. А еще умные психологи поговаривают, что и белый цвет халатов негативно влияет на общий настрой пациента.

 

В общем, все очень непросто. Но как же хочется, чтобы отношение к медицине и отдельным врачам у теперешних детей было совсем другими, чем у их мам и пап, бабушек и дедушек. Старания в этом плане должны прикладывать все – и сами врачи, и наука, и, конечно же, родители. С самых первых дней жизни малыша.

stomatolog_1

.

 

У нашего Егора вершиной всех «медицинских страхов» является укол. И, несмотря на общее благожелательное отношение к людям в белых халатах, заходя в кабинет врача любой специализации, Егор первым делом волнительно осведомляется, не поставят ли ему здесь столь нежеланный, ненавистный укол. И, получив отрицательный ответ, успокаивается. Эту боязнь мы никак не можем перебороть полностью – не помогает и то, что на уколы с сыном ходит в основном папа, по-мужски настраивающий на терпение к боли и психологическую стойкость. Сказать по правде, к своим двум с половиной Егор уже научился не вырываться, держать себя в руках и смиренно, а точнее – жертвенно ждать. И плачет он, совсем недолго, исключительно от легкой боли, а не от обиды. Мы изо всех сил надеемся, что совсем скоро он приучится терпеть такую, в сущности, незначительную боль – и все будет в порядке, и страхов перед врачами не будет вовсе…

 

Но вот теперь нам предстоял визит к стоматологу.

Все дело в том, что Егор вырос и стал «совсем большим мальчиком», а все «совсем большие мальчики», конечно же, ходят в детский сад. Пришлось проходить специальную врачебную комиссию, на которой бдительный стоматолог обнаружил у нашего сына зачаточные признаки кариеса. Точечный, так он его, кажется, назвал. Нас пригласили «посеребрить» зубки.

 

На семейном совете, недолго затянувшемся по времени, было решено, что сопровождать сына на эту процедуру буду я. Нужно было придумать что-то особенное, интересное и увлекательное, такое, что заинтересовало бы сына и не позволило бы пробраться в его голову всяким ненужным думам. Признаться, как только я узнал, что сыну назначено лечение, я не на шутку заволновался, наверное, даже больше, чем волновался перед неизведанным сам Егор. Слишком уж хорошо я помню свое детское отношение к такого рода процедурам. Я начал тешить себя мыслями о том, что в вопросе лечения зубов медицина шагнула далеко вперед и передовые технологии позволяют проводить его безболезненно и при минимуме неприятных ощущений, что лечение нам предстояло совсем символическое и что сын, при таких условиях, едва ли чего-то испугается и уж точно не воспылает неприязнью к людям этой гуманной профессии.

 

К посещению врача Егор был подготовлен очень даже неплохо. Накануне я тоном заговорщика сообщил сыну, что мы (только тсссс!) поедем к стоматологу, и сверкнул глазами так, как это делают настоящие искатели приключений, жаждущие новых ощущений и стоящие на пороге чего-то нереально увлекательного. Малыш уже знал, что такое «стоматолог», он слышал это интересное, хотя и непонятное слово накануне, во время консультационного осмотра, и помнил что у стоматолога совсем не больно, а даже интересно – там просто положили в рот деревянную палочку, совсем как от мороженного, которую после завершения «подсчета зубов» подарили маленькому пациенту. Но я продолжил интриговать сына, ведь мы собирались пойти совсем к другому стоматологу, там будет еще интереснее, и простыми палочками дело не обойдется! Ах, если бы сын видел, какое там здоровское кресло, какие аппараты и кнопочки, какие щеточки для зубов!.. Егор, конечно же, купился. Проснувшись рано утром, он тотчас подтвердил, что сегодня намеревается совершить визит к стоматологу и суетился, собираясь.

 

На входе в поликлинику нас неожиданно развлек аппарат по продаже бахил. Раньше эти самые бахилы продавали строгие тетеньки, сидящие в регистратуре, а недавно этот нехитрый процесс был автоматизирован. Егор сбросил в монетоприемник два «пятачка» и аппарат выдал нам небольшие капсулы, похожие на те, которые скрываются сюрприз в обожаемых детьми шоколадных яйцах. «Папа, дай еще денежку!», – кричал Егор, настроение его было на высоте, но двух пар нам было вполне достаточно, запасных ног мы с собой не захватили, а ноги мамочки Иришки были в данном случае ни в счет – заходить с нами во врачебный кабинет она не намеревалась.

 

Стоматолог оказался приветливой девушкой, не так давно, по всей видимости, закончившей обучение в мединституте. «Для первого визита – в самый раз», – подумалось мне. Она сразу же познакомилась с Егором. Малыш не стушевался и, протянув руку, по-традиции, произнес:

 

– Егойка Сейгеич.

 

– Как?

 

– Егорка Сергеевич, – ответил за малыша я.

 

– Ну ничего себе! Приятно познакомиться! Ты, Егорка, наверное, очень серьезный мальчик и даже не умеешь улыбаться, да? – врач хитро стрельнула глазами в мою сторону, в поисках поддержки. Это означало, что игра началась. Егор не стал ничего отвечать, а, что было сил, растянул свой рот в улыбке.

 

– Вот молодец! Садись скорее на кресло и оттуда покажешь, как ты улыбаться умеешь!

 

Разноцветное кресло сразу приглянулось Егору, он моментально вскарабкался на него, а когда кресло начало, приятно жужжа, подниматься вверх и наклоняться, достигая нужной высоты и положения, Егор зачаровано заулыбался. Ему было вполне комфортно и интересно. Папа не обманул его.

Стоматолог села справа от Егора, я, готовый в любой момент прийти сыну на помощь, поддержать и успокоить его, встал слева, будто бы ассистируя. Чтобы отвлечь малыша от возможных переживаний, врач вручила ему набор искусственных зубов на планочке, по которым определяют тональность эмали у настоящих. Егор, разобравшись, что ему вручили, тотчас потянул все это в рот, рассмешив взрослых. Зубы должны знать свое место!

 

– А сейчас будем убирать червячка, который в зубках у тебя завелся, – сказала стоматолог. Сын округлил от удивления глаза и, не возражая, принялся терпеть яркий свет лампы, направленной прямо в лицо, да стоически держать рот открытым.

 

Сначала чистили зубы специальной электрической щеткой – это было совсем несложным испытанием. Егор уже очень давно и даже с удовольствием «самостоятельно» чистит зубы. Потом, прежде чем перейти к основной процедуре, мы послушали стихотворение про серенькую кошечку в исполнении Егора и спели на три голоса песенку «Далеко-далеко, на лугу пасутся Ко…». Девушке-врачу, окончательно развеселившейся в нашей компании, особенно хорошо удалось завершающее: «Пейте, дети, молоко-о-о, бу-удете здоро-о-овы!». Это было лучшее пение действующего стоматолога, слышанное мной за всю жизнь.

Когда началось само лечение, врач включила слюноотсос и вложила его прозрачную трубку Егору в рот, под язык. Сын воспринял такие манипуляции с легким недоверием.

– Егорка, да это же пылесос! Только маленький. Смотри, видишь, по трубочке слюнки твои бегут, сейчас туда и червячка засосет! – нашелся я, зная, как сыну нравится бытовая техника.

 

Малыш увлекся и начал пристально всматриваться в бегущее по трубке, пытаясь выхватить взглядом поверженного «вредителя». А врач, тем временем, успевала мазать зубки «волшебной мазью». Но «вредитель» все не появлялся. Приходилось постоянно проверять, убегает червячок или нет и возможно ли схватить его за самый хвост. Егор освоился уже настолько, что приловчился держать слюноотсос в руке, в нужные моменты погружая его в рот и вынимая оттуда. Он, как мог, оказывал стоматологу необходимую помощь, но ему хотелось помогать еще больше.

 

– А ты попроси, и тетенька-врач разрешит тебе самому нажимать кнопочку, чтобы включать и выключать «пылесос».

 

Егор попросил и ему, конечно же, разрешили, не скупясь при этом на комплименты, вроде «смелый мальчик» и «настоящий помощник».

 

За все время нахождения в зубном кабинете сын позволил дать себе слабину лишь в момент, когда врач пыталась подложить ему под щеку ватный валик, и Егор, чей рот был не приспособлен под валики таких размеров, попросту подавился. Еще раз жалобно всхлипнул, увидав в руках у врача металлический крючок. Лично я в детстве именно эти крючки не любил больше всего.

– Ого! Ничего себе щеточка, да?! – отвлек я Егора, и он безропотно дал возможность крючку немного поорудовать в своем рту.

 

Когда все процедуры были закончены, Егор, деловито объявил, что было совсем не больно (ну мы же с ним заранее знали, что стоматолог – это совсем не больно, а интересно!), и начал в красках описывать ход борьбы с вредным «червячком». Выглядело все это настолько живописно и эмоционально, что если бы я не находился рядом с сыном все это время, я подумал бы, что речь идет о каком-нибудь очередном голливудском экшене-блокбастере. В любом случае – малыш во всей этой истории выглядел настоящим героем.

egor_2

.

 

Когда, заполняя документы, врач на минутку отлучилась из кабинета, чтобы согласовать какие-то моменты по оплате, к нам заглянула наша мамочка Иришка, сын сразу же бросился к ней, взахлеб рассказал о том, как проходило лечение, и… тотчас вернулся назад, сел рядом со мной! Значит действительно не испугался, не получил негативных эмоций и может безо всяких огорчений продолжить свой обычный лдень, который еще только-только начинался. А значит и мы с девушкой-стоматологом в полной мере справились с отведенной нам ответственной миссией.

 

Расставаясь с врачом добрыми приятелями, Егор пообещал прийти еще раз.



Автор: Сергей Путин, 7 февраля 2014 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Сергей Путин
Юрист. Некогда участник литературного клуба "ЛебядкинЪ" при журнале "Урал". Публикуется в литературных изданиях и на интернет-ресурсах. Пишет в основном о детях и для детей. Женат, воспитываю сына Егора и дочек Ульяшу и Варю.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.

Мирослав Бакулин. Зубной рай

Все казалось ему, что отец наклонится, подмигнет хитро и станет, крутясь, как мокрая собака стряхивает с себя воду, сбрасывать с себя и слежалый ватник, и дырявую майку, и дряблую кожу, и поднимется снова, улыбающийся, белобрысый, и снова станет детство.

Владимир Лучанинов. Научить ребенка верить – как?

Главный редактор православного издательства «Никея» Владимир Лучанинов о детях в храме, о православном воспитании и своих пяти дочках.

Свежие статьи
Про подготовку к «настоящей жизни». Сергей Пархоменко

Автор обучающих настольных игр и отец двоих детей Сергей Пархоменко объясняет, почему родителям нужно давать своим детям возможность учиться весело.

nedetsky_mir_min_1

Размышления отца о том, можно ли и нужно ли оберегать ребенка от окружающего мира, если, повзрослев, он все равно столкнется с «правдой жизни» и всяческими соблазнами?

Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.