Фото Марины из Федеральной базы

В одном большом-пребольшом городе жила – была девочка Мариночка. И хотя дней от роду ей было совсем немного, осталась она сиротой при живых родителях. Мама ее, героиновая наркоманка, подписала отказ от дочери прямо в роддоме, однако, наследство оставила после себя богатое – ВИЧ-контакт и гепатит форм В и С. Что же касается папы, то ему в те времена было вовсе не до малышки, поскольку его посадили в тюрьму. Первые 9 месяцев своей сиротской жизни прожила девчушка в больничной палате, ожидая, когда появиться для нее свободное местечко в Детском доме. Как и все отказники, большую часть времени она проводила в казенной кроватке, ожидая, когда ее покормят и перепеленают. Иногда выдавались и праздничные дни - если вдруг какая сердобольная нянечка брала на ручки, или выносила на улицу, подышать свежим воздухом. Однако, как выяснилось, таких светлых дней было у Мариночки не много, но об этом – позже. Долго ли, коротко ли, а с Божией помощью, дождалась наша сиротинушка того дня, когда ее забрали из больницы и привезли в один из Подмосковных Детских домов. Жизнь здесь оказалась намного лучше и веселее, чем в той опостылевшей комнате с белыми стенами и потолком. Вдруг выяснилось, что можно играть в игрушки с другими такими же девочками и мальчиками, гулять на улице, трогать траву, нюхать цветочки, конечно, если нянечка или воспитательница разрешат. Для Марины, впрочем, как и для всех детдомовских детей независимо от возраста, эти женщины сделались самыми родными и важными в мире, а все остальные стали чужими тётями. Что же касается дядей, то с ними все обстоит намного сложней – как правило, дети в сиротских учреждениях практически не имеют опыта общения с мужчинами, поскольку среди персонала превалируют женщины. Именно поэтому детям, особенно девочкам, попавшим в приемную семью, где есть мама и папа, требуется некоторый адаптационный период для того, чтобы осознать и принять тот факт, что папа также важен в жизни, как и мама.

Марина в Доме ребёнка

Так вот, была в этом Детском доме такая родительская комната, которую Мариночка очень не любила, и всякий раз, когда понимала, что ее туда несут, начинала плакать и сопротивляться. Почему, спросите вы? Да потому, что сюда приходили чужие дяди и тёти, которые разглядывали ее со всех сторон, брали на ручки, ласкали, приносили подарочки, а потом, когда она начинала привыкать к ним, вдруг куда-то пропадали. Особенно запомнилась Марине тётя Надя, которая дольше других приходила поиграть с ней, целовала, обнимала, говорила, что полюбила ее как родную дочь и хотела бы взять к себе домой насовсем. Но и она однажды ушла и больше не приходила. Откуда же было знать полуторагодовалой девочке, что муж категорически запретил тёте Наде удочерять детдомовского ребенка с «пышным букетом» таких диагнозов как ВИЧ-контакт, гепатит форм В и С и задержка психоречевого развития. Не долго горевала тётя Надя и взяла-таки другую девочку, более «благополучную», чем предыдущая любовь. А вот Марина запомнила, что ничего хорошего от чужих взрослых, на встречу с которыми ее несут в эту самую комнату, ожидать не стоит. Так было и в тот раз, когда она впервые увидела своих будущих приемных родителей - маму Лену и папу Сашу.

Три дня дома. С сестрёнкой

Сидя в родительской комнате рядом с мужем, Лена изо всех сил старалась не расплакаться и машинально пролистывала медицинскую карту девочки, которую для себя уже давно называла дочкой. Лена уже в школе знала, что когда вырастет, обязательно возьмет ребеночка из детского дома, для нее это было делом решенным, к которому она шла неотступно и целенаправленно. После рождения сына Андрея и развода с первым мужем, Лена вышла замуж во второй раз за Александра, который поначалу говорил, что вовсе не хочет детей. А когда у них родилась Юля, то оказалось, что папа просто боялся отцовства с часто сопутствующими этому положению бессонными ночами и сложностями с питанием-воспитанием младенцев. Воспользовавшись тем, что позиция супруга относительно принятия в семью чужой девочки с появлением дочери смягчилось, Лена удвоила усилия по «агитации» за усыновление: «Мне же все равно еще 2 года сидеть дома в отпуске по уходу за ребенком. Саша, давай сейчас возьмем девочку из детского дома, неизвестно когда еще нам выдастся такая возможность», - убеждала она. И однажды муж сказал: «Собирай документы». Исходя из того, что у них уже было двое своих детей, сын Андрей 9-ти лет и дочка Юлечка, возрастом год и девять месяцев, а единственным кормильцем в семье на тот момент являлся Александр, порешили выбрать приемную семью, как форму семейного устройства ребенка из Детского дома. Это означало, что оформив все необходимые документы, и получив направление от местных органов опеки на конкретную девочку, они заберут ее в свою семью, где будут заботиться о ней, воспитывать и лечить, получая при этом государственное пособие на ее содержание и зарплату опекунов за воспитание. Однако в этом случае биологические родители, при желании, имеют право навещать ребенка, более того, девочку могут забрать из приемной семьи в случае, если третьи лица захотят ее усыновить.

Неделю дома…

Сидя в родительской комнате Детского дома и ожидая, когда к ним принесут дочку Мариночку, Лена вдруг отчетливо поняла, что это не она нашла ее, а сама малышка пришла к ней. Дело в том, что никаких масштабных поисков ребенка Лена не вела с самого начала. Она точно знала, что ищет погодку для своей родной дочери Юлии. В Федеральной базе детей, имеющих юридический статус на усыновление, Лена «присмотрела» несколько девочек, параллельно продолжая просматривать соответствующие темы на интернет-форумах. Тут-то и попалась ей на глаза история про Мариночку, чудо девочку-красавицу блондинку с голубыми глазами, в которую все сразу влюбляются, ездят смотреть и…. в итоге не берут. «Что же не так с этим ребёнком? - задумалась Лена и провела собственное расследование. В результате выяснилось, что у малышки куча «страшных» диагнозов и бабушка, которая уже воспитывает старшего брата Марины и, скандаля, распугивает потенциальных усыновителей, опасаясь что те, удочерив ее внучку, не разрешат ей видеться с биологической семьей. Будучи дамой не из пугливых, Лена уже тогда решила, что возьмет эту девочку, от которой все всегда отказывались. Окончательно утвердилась в своем желании Лена, когда в выписке о состоянии здоровья Маришки увидела такую же дату рождения, как и у их родной дочери Юли. «Саша, это знак свыше», - сказала она мужу, на что тот ответил: «Ну, и нечего больше выбирать. Это же не котята». Александр помогал жене, чем мог: отпрашивался с работы, возил по врачам, в опеку. Будучи по характеру человеком сдержанным и немногословным, он молча выслушивал все объяснения супруги по поводу лечения детей с диагнозом ВИЧ-контакт и гепатитом форм В и С. И лишь один раз за все это время, уже в самом детском доме, первый раз пообщавшись с приемной дочкой, он горько вздохнул: «Как же её жалко! Как жалко!».

Месяц дома…

Даже для Лены, которая мысленно уже вписала Мариночку в свою семью, отчетливо представляя как утром будит двоих дочек, кормит их, ведет гулять, эта встреча стала потрясением. Маришка показалась ей тогда очень маленькой для полугодовалого возраста, за все время она не проронила ни звука, ни разу на них не взглянула и была похожа на нарядную куклу: посадишь – сидит, поставишь – стоит. Подарив подарочки и немного «повозившись» с будущей дочерью, без пяти минут приемные родители поехали в опеку подписывать согласие. И тут, буквально на пороге, им сообщили, что Марине был сделан контрольный анализ и поставленный ранее страшный диагноз ВИЧ-контакт у этой девочки снят: раз и навсегда. Вот это была радость! С этого момента события стали развиваться так, как будто Кто-то свыше «руководил всем процессом». Неожиданно быстро, буквально в десятидневный срок после подписания последнего документа о согласии приемных родителей взять в приемную семью девочку Марину, от которой отказались биологические родители, опека разрешила забрать ребенка из детского дома домой. Насовсем. С этого момента, началась новая жизнь для всех членов этой дружной семьи, которая теперь состояла из мамы и папы и троих детей, старшего сына Андрея и двоих сестренок - Юли и Марины.

Два месяца дома…

По приезде домой, маленькая Марина с деловым видом съела две тарелки каши и вдруг стала бегать по всей квартире, падая, сшибая предметы, и даже успела порядком помутузить большого домашнего пса. Мама Лена была в легком шоке от такой неуемной энергии своей дочери, поскольку уже приготовилась долго и терпеливо «размораживать» того грустного тихого ангела, которого впервые увидела в детском доме. И только маленькая Юля, похоже, ничему не удивилась: «Мама, ляля», - сказала она и обняла сестренку. Не было никакой ревности, драк, дележки: моё-твоё, все сразу стало общее, и родители и куклы. Для себя Юля как-то сразу решила, что она старшая и в ее обязанности входит заботиться о младшей сестре, проверять ее подгузник и докладывать маме, что там «кака», объяснять какая игрушка для чего, и часто-часто целовать и гладить Маришку.

Новый Год. Наш цветочек!..

Первое время Марина, как и все детдомовские дети, не переставая, аж до твердых мозолей сосала пальцы на руках, и мама Лена очень боялась, что дочка не возьмет бутылочку. Слава Богу, взяла и через месяц необходимость в сосании пальцев отпала сама собой. Следующим этапом надо было приучить малышку спокойно засыпать. Дело в том, что если у детей есть родители, которые перед сном обязательно покачают на ручках или в кроватке, то у отказных младенчиков нет никого, кто мог бы их убаюкать, поэтому им приходиться делать это самим, мотая головой или катаясь с боку на бок. Вот и Мариночка долгое время категорически не могла заснуть ни на родительских руках, ни с мамой в кровати, а лишь минут пять яростно помотавшись по детской кроватке до полуобморочного состояния. Много ночей подряд просыпалась мама Лена чтобы успокоить свою доченьку, у которой из носа шла кровь от такой бешенной карусели. Со временем удалось преодолеть и эту сиротскую привычку, ведь родительская любовь способна творить чудеса! По прошествии двух месяцев Маришку удалось, наконец, накормить. Если раньше она ела все, что предлагали, то теперь стала отказываться, когда чувствовала, что сыта. Стараясь не отставать от сестрёнки, научилась есть твердую еду, и теперь с удовольствием хрумкала детские печеньки, а среди любимых фруктов пальму первенства твердо занял банан. Результаты усиленного питания и воспитания не замедлили самым наглядным образом сказаться на всем внешнем облике вчерашней «ничьей» девочки. Теперь вместо пяти зубов, во рту понавыростали целых 12, а жесткие как солома волосы, стали блестящими и мягкими. Зажили и раздражения на попе, на которую раньше без слез невозможно было смотреть.

С папой Сашей. С папой!!!

Поправившись почти на два килограмма, Марина теперь уверенно ходит, бегает и даже залезает на кровать. К самым большим завоеваниям этих трех месяцев, которые Маришка живет в семье, смело можно отнести навыки купания. Первое время малышка панически боялась воды, помыть ей руки было для родителей нелёгким делом, а купание в ванной приравнивалось к героическому поступку. Однако, потихоньку, полегоньку, она привыкла и к этому благу нашей цивилизации. Дело пошло на лад, когда девочка поняла, что вода бывает не только холодная, но и горячая, точнее теплая, что в очередной раз, навело родителей на невеселые мысли о прежней неустроенной жизни дочери в сиротском учреждении. Милость Божия, которую мама Марины, будучи человеком некрещеным, называет «какой-то неведомой силой» ни на секунду не оставляет эту чудесную девочку с такой не по-детски трудной судьбой. Две недели назад Лена добилась направления в гепатологический центр, где Маришке сделали анализы, по результатам которых с нее были сняты обе формы гепатита. Скажите, разве это не чудо?! Теперь из всего страшного набора диагнозов у девочки осталось только задержка психоречевого развития. Но это все ерунда! И ничего такого особенного в нем нет. Регулярные занятия по действенным методикам и родительская любовь способны развеять в пух и прах любые задержки в развитии. Мама Лена уже записала обеих девочек в младшую группу детского сада на следующую осень.

Больше детей – больше радости!

А что же мужчины этого семейства, спросите вы? Как складываются отношения у Мариночки с ними? Здесь все было немного дольше и сложнее, чем с мамой и сестрёнкой. Поначалу Марина не признавала ни папу Сашу, ни старшего брата Андрея. И лишь через месяц стало очевидно, что она абсолютно искренне, по-детски их полюбила. Братика Андрюшу обожают обе девочки, всегда наперегонки бегут встречать его к двери, когда он приходит из школы, радостно пищат и обнимают за ноги. В свою очередь Андрей неимоверно счастлив, что у него теперь две маленьких сестрёнки, с которыми он с удовольствием играет, всегда накормит, переоденет, в общем, по словам мамы, между детьми царит полное согласие и взаимопонимание. Что же касается папы, то он очень быстро проникся к Марине отцовскими чувствами и благодаря появлению второй дочери, стал внимательней относиться к Юляше. Теперь он по собственной инициативе может с удовольствием погулять и позаниматься со своими детьми. Как-то утром Маришка залезла на родительскую кровать, подползла к папе Саше и положила голову ему на грудь. Что уж говорить, папа был на седьмом небе от счастья! Мама Лена заметила, что с пополнением семьи еще одной дочкой, их папа изменился в лучшую сторону, а точнее сказать, вдруг открылся для нее с неведомой ранее стороны. Однажды вечером, обе девчушки под присмотром мамы, весело плескались в ванной. Зашел папа, постоял немного, посмотрел на своих красавиц и сказал: «Какое счастье, что у нас две девчонки!» И хотя, как глава семейства он, конечно, очень волнуется, сможет ли в нынешних условиях обеспечить своих детей и жену всем необходимым и немножечко сверх того, очевидно, что он ни о чем не жалеет, и одинаково сильно любит всех своих детей. Здесь, пожалуй, можно было бы поставить точку в моем рождественском повествовании об одной простой московской семье, которая стала богаче перед людьми и Богом еще на одного ребеночка, прекрасную девочку Марину, блондинку с голубыми глазами и ямочкой на подбородке, но... Совсем недавно на официальном сайте одного из Подмосковных органов опеки мама Лена увидела двухлетнюю девочку Женю, очень похожую на ее Юлечку, но с подтвержденным диагнозом ВИЧ. И заплакала. Папа Саша, конечно же, сразу все понял и сказал: «Давай пока со своими разберемся, а через год Женю заберем».

Я верю в сказки со счастливым концом. И потому на Рождественской службе в храме, обязательно попрошу у Родившегося от Девы Богомладенца словами из известной украинской колядки «лито счастливее» (счастливого года) для всей Мариночкиной семьи и для «ничьей» девочки Жени, которая в эту чудесную Святую ночь будет снова и снова, мотаясь по казённой кроватке, укачивать себя сама.