Крась рога зеленой краской, гвозди в землю забивай!

Мне в сарайчик дедушка не разрешал заходить без него, только до порога и всё. А сегодня он чего-то добрый.

 

Пол в сарайчике оказался глиняный и прохладный. Из утоптанной глины поднимался толстый, гладкий столб и упирался в фанерный потолок. Дед сказал:

 

– Этот сарайчик когда-то был нашим жильём. — Печка железная стояла здесь, а труба закорючкой проходила прямо сквозь стенку наружу. Война тогда была, а я был маленький, такой, как ты сейчас. А теперь вот — это мой летний кабинет.

koza_1

photosight.ru. Фото: Александр Сенников

 

А вокруг чего только не было: и ящики с большими гвоздями, и консервные баночки с маленькими, и коробки из-под леденцов с шурупчиками. Всё в порядке размещалось на полках вдоль стен, а на гвоздях и крючках висели свёрнутые кольцами провода, проволоки, и ещё какие-то железяки.В большой галоше лежали гаечные ключи. Про всё это, гаечки-шурупчики и про ключи и другие инструменты, мне дедушка объяснял: что для чего нужно и почему так называется.

 

Говорит:

 

— Если будешь всё на место класть, то возьму тебя в подмастерье. Ну как, согласен?

 

Я не знал, в какое такое подмастерье он обещает меня взять, и побежал спрашивать у бабушки. А она засмеялась и говорит:

 

— Дедушка наш — мастер на все руки, а подмастерье — это помощник мастера. Будешь ему помогать.

 

— А молоток он мне даст, гвозди забивать?

 

— Даст.

 

— И пилу?

 

— А как же без пилы. И пилу даст.

 

— И пилу! Ура!

 

Я прибежал обратно к дедушке:

 

— Согласен! Согласен!

 

— Ну, вот как мне повезло! — обрадовался дедушка,- а я-то всё думал: где мне помощника взять: забор чинить надо. Держи молоток. А я возьму пилу.

 

Пила на крокодилью морду похожа — зубастая. Молоток — ого! Такой тяжёленький, а ручка гладкая, чуть не выскользнул.

 

— Держи крепче! — подхватил его дедушка. — И бери вот ещё ведёрко с гвоздями.

 

Я сразу узнал своё прошлогоднее ведёрко, синее с зайчиком. Ручка у него оторвалась, я его и бросил. Оказалось, дедушка его починил и себе взял.

 

— Бросать ничего не надо. Это дураки всё разбрасывают, а умные находят и к делу приспосабливают. Понял? И запомни: отбросов нет, а есть неиспользованные ресурсы. «Вот это всё и есть — неиспользованные ресурсы», — смеялся дедушка, оглядывая свои сокровища. Здесь он хранил и то, что нужно было для его пасеки. Висела шляпа с сеткой, халат, как у врача, и стояла в углу большая железная бочка с ручкой, точно такой же, как у нашего колодца.

 

— Это медогонка! Вот мёд буду качать, тебя позову. Ручку будешь крутить?

 

— Ещё бы! Конечно!

 

— Воск выжевывать из сот мне тоже помощники нужны. Так что, давай зови Полинку, вечерком наверно и начнём. А пока молоток осваивай. Главный в хозяйстве инструмент.

 

И я вдруг увидел, что молоток похож на человечка: у него голова-тукалка на длинной шее.

 

— Ну да!- засмеялся дедушка. — Пусть по твоему будет: тукалка так тукалка. Главное – ты его не души, близко к голове его не держи. Так он тебя слушаться не будет. Держи вот так, подальше от тукалки.

 

Дедушка подставил мне ведерко с гвоздями.

 

— Выбирай самый красивый.

 

Я покопался в кучке разных гвоздиков и взял большой, блестящий.

 

-Ух ты! Этим гвоздем мы что-нибудь посолиднее сколотим: хоть бревно с бревном. Ты его на потом оставь. А для калитки подойдут гвоздики поменьше. Ну, давай вытаскивай, да считай: нам нужно семь штук. Один да один, да еще два — сколько нашел?

 

— Четыре!

 

— Сколько еще нужно?

 

Я не знал.

 

— А ты прибавляй по одному — четыре да один…

 

— Пять? — неуверенно сказал я.

 

— Пять! Правильно! Да еще один?

 

— Шесть! — крикнул я. — И опять верно! — обрадовался дедушка. — Да еще один…

 

— Семь!

 

— Ну вот. Видишь. А ты говорил — не знаю. Все ты знаешь, если подумаешь хорошенько. Во всяком деле думать надо. Бери гвозди, тукалку, и пошли калитку чинить. Вот ведь какая у нас коза дурища, — ворчал дедушка. — Куда ни попадя сует свою башку… Рога отрастила и тычет ими повсюду.

 

Коза паслась в сторонке, привязанная длинной веревкой к сосне. Увидев нас, она взмекнула и побежала к нам, наверно извиняться, но веревка натянулась и дернула её за шею.

 

— Смотри, смотри, рогатая, чего натворила, — ругал ее дедушка, — вот бабушке пожалуемся на тебя, она тебе сладкой капустки не даст.

 

— М-м-е-е-е! — обиделась коза и ушла щипать свою травку, а мы с дедушкой принялись за дело.

 

koza_04

photosight.ru. Фото: Алексей Гайдаренко

 

— Ты гвоздь ровно поставь, потом легонько его по шляпке постучи молотком, он укрепится — тогда и бей.

 

Дедушка приладил гвоздь к доске, чуть-чуть его пристукнул и — раз!- ударил. Осталась только шляпка.

 

— Теперь давай ты, — он отдал мне молоток. И я, как показал дедушка, приставил гвоздь к доске, постукал его по шляпке, и когда он уже держался сам без моей помощи, ударил раз, и два, и три! Гвоздь скривился и не захотел лезть в доску.

 

— А вот мы тебя клещами! — прикрикнул на него дедушка, и скрюченный гвоздь, цепко ухваченный зубами кусачек, с писком вылез из доски.

 

— Давай по новой, — сказал дедушка. — Не огорчайся.

 

Гвозди меня не слушались. Один да один, да еще один — уже три кривых гвоздя лежали в сторонке.

 

— Ничего, ничего… все идет по плану! — подбадривал меня дедушка. — Главное, пальцы береги и бей крепко, уверенно. И сразу говори волшебное слово, чтоб вместе с этим словом гвоздь в доску входил.

 

— Какое слово?!

 

— Хрясь!

 

— Ты шутишь?

 

— И вовсе не шучу.

 

Дедушкино лицо было серьезно. Он прилаживал к дыре в калитке новую доску.

 

— Гвоздь это слово услышит и сразу спрячется по самую шляпку. Вот, гляди: хрясь!

 

И гвоздя как не было. Прибитая одним концом доска повисла. Дедушка взял еще гвоздь, приладил — и: хрясь! — второй гвоздь ушел, накрепко притянув доску на место и оставив на память о себе серебристый кружочек.

 

— Здорово!

koza_5

photosight.ru. Фото: Garret

 

— Вот так делай, как я. Тренируйся. И у тебя то же самое получится. Не забудь про волшебное слово.

 

Дедушка вогнал для меня в доску несколько гвоздей до половины:

 

— Добивай их до конца, а я пойду, посмотрю зеленую краску, где-то у меня была, а то, одна белая доска, а остальные зелёные. Это как-то не смотрится, надо подкрасить.
И он своей шустрой походочкой направился к сарайчику.

 

И тут прибежала Полинка.

 

— Ой! Я тоже хочу постукать! Дай! — и потянула у меня молоток, да так цепко, что я его выпустил. — Я чуточку. Один разочек. И она вбила гвоздь в землю.

 

— Забивать в землю лучше всего. Гляди-ка: правда здорово? Раз! — и нету, раз! — и нету. Присев на корточки, она ловко забивала гвозди прямо перед собой и быстро опустошала ведерко.

 

— Отдай! Что ты делаешь? Мне же от дедушки попадет!

 

— Гвоздей осталось чуть-чуть на донышке, когда на дорожке в конце сада появился дедушка. Полинка, как заяц прыгнула в кусты, только её и видели. Вот хитрюга: почуяла опасность — и дёру!

 

Но дедушка был занят другим. Он нес в одной руке большую железную банку, в другой — банку поменьше. Из нее торчала ручка кисточки.

 

— Зеленой-то краски у меня, как оказалось, и нет: вот тут на донышке синяя, да здесь, в другой — тут чуть побольше желтой…Но, ведь, сам подумай: изгородь вся зеленая, а одна доска в ней будет желтая? Или синяя? Некрасиво. — Не знаю, как тут быть.

 

И он огорченно задумался, хитро поглядывая на меня.

 

— А я знаю! Мы в детском саду синюю краску с желтой один раз смешали и у нас получилась зелёная!

 

— А не врёшь!? — не поверил дедушка. — Неужели правда!? И просто так это волшебство получается, без всяких там специальных слов!? Это же алхимия! Наука!

 

— Получается! Ещё как!

 

— Сейчас проверим! — сказал решительно дед. — Бери вот эту кисть, сливай обе краски вместе и мешай.

 

Я размешивал сине-желтый кисель, и он постепенно превращался в зелёный. А дедушка стоял рядом и нашептывал что-то себе под нос.

 

— Что ты там всё приговариваешь?

 

— Как что? Волшебные слова, — сказал дед. — «Шалтай-болтай». На всякий случай. Проверенное средство!

 

И я всё сильней мешал и тоже пел:

 

— Шалтай-болтай! Шалтай-болтай!

 

И зеленая красочка — вот она! Получалась! Такая красивая! Как травка!

 

— Ну, всё, хватит мешать. Можно красить, — сказал довольный дедушка. — Знаешь, как ты меня выручил? Краска в хозяйственном магазине, за ней на станцию ехать надо, а у меня ни мотоцикла, ни машины… Пешком идти — далеко. А ты сообразительным оказался, так что беру тебя в подмастерья. Молотком научился работать? Та-а-к. Теперь малярному делу учиться будем. Пошли!

 

Кисточка была — как лопаточка, длинные волоски, ровные, один к одному.

 

— Да ты её не так держишь. Это же не ложка — щи хлебать. Это кисть, малярный инструмент. Держи всегда только так.

 

И дед вложил мне в руку кисть правильно. Я кивнул, мол, понятно, и сразу окунул её в банку с краской. Деревянная ручка и даже пальцы мои стали мокрыми и зелеными. Краска закапала мне на ноги.

 

— Эх ты, художник — лягушачьи лапы, — огорчился дедушка. — Так ты себя покрасишь, а не калитку. И всю краску изведёшь, и я тебя потом не отмою. Ты бери немножко, кисточку о край банки чуть отожми, чтоб не капало, и тогда уж крась.

 

Он взял мою руку в свою большую теплую ручищу и стал водить, показывая как надо.

 

— Вверх веди — потом вниз, потихоньку, не дергай рукой, плавно.

 

Потом он убрал свою руку, и я стал водить кистью сам. И у меня получалось! Получалось! Дедушка постоял, посмотрел и опять ушёл.

 

Коза подошла незаметно.

 

— Ну, любопытная, чего тебе? Это невкусно. Это краска… Что, хочешь понюхать кисточку? Ну, на.

 

Я протянул кисть с капающей краской к её носу. Коза фыркнула, мотнула головой, и рогом проехала прямо по кисточке. Рог позеленел.

 

— Ну! Я же предупреждал!

 

И тут опять появилась Полинка. Она кусала бублик и протягивала мне жвачку в длинненькой серебряной бумажке. — Тебе за гвозди из-за меня очень попало? Ты не злишься? — Она подставила мизинчик: — Мир?

 

— И вовсе не злюсь… Совсем не попало. Дедушка наверно про них забыл.

 

Я отправил сладкую пластинку жвачки за щеку. Хорошая все же Полинка девчонка… Не жадная и вообще… С ней как-то веселее день проходит.

 

— Ой… а я так боялась! — и Полинка радостно запрыгала на одной ножке, что всё обошлось и мне не влетело.

 

— Колька! А давай ей и другой рог покрасим! Чтобы одинаково было. А то некрасиво.

 

— Давай! Только ты её бубликом корми, чтобы она смирно стояла.

 

Коза ощерила жёлтые зубы и, вытягиваясь изо всех сил, норовила ухватить бублик. Он ей сразу же понравился. Я не терял времени даром, водил кисточкой туда-сюда, туда-сюда. С рогов капало козе на макушку, но всё-таки зелёные рога получились!

 

— Давай и копыта! Заодно!

 

— Давай! — прыгала вокруг меня Полинка. — Только теперь буду красить я!

 

Она выхватила кисточку и — раз, раз — мазнула по копытам, но коза переступала ногами и получилось не очень.

 

— Лучше хвост! Хвост крась! — крикнул я — и через минуту хвостик у козы стал зеленым. Коза была такая смешная. Мы с Полинкой так хохотали, что я про всё забыл…И про недокрашенную калитку тоже. У меня возникла идея.

 

— Бежим на футбольное поле ворота красить. Если полосы сделать на берёзах—то они будут совсем как настоящие штанги!

 

И мы, подхватив ведёрко, помчались на футбольное поле.

 

Я показал Полинке, как надо кисточкой водить, не зря меня дедушка учил. И получилось что надо! Теперь издалека было видно — полосатые штанги. Совсем другое дело! Краски осталось чуть-чуть на донышке, а платье у Полинки из белого стало пятнистым. И она немножко испугалась, что её накажут. И я позвал её к нам, потому что моя бабушка любое пятно может отмыть и ничего даже заметно не будет.

 

И тут мы увидели поросенка Борьку. Это любимый поросенок нашей соседки тёти Зины. Ему в саду бегать нельзя, там у тети Зины розочки и подстриженная травка, и у Борьки свой собственный загончик, огороженный сеткой. Но он как-то ухитряется удирать и бродить по поселку, пока его тётя Зина не вернёт домой.

koza_2

photosight.ru. Фото: Захар Гончаров

 

Борька, растянувшись возле гаража, спал на солнышке. Мы с Полинкой только переглянулись и сразу поняли: красим! Один мазок кистью, другой… и ухо зелёное. Он только слегка им повёл и даже не проснулся. Пятачок тоже покрасили. Но Борька зафыркал и открыл узенькие щелочки глаз. Он задрыгал ножками, вскочил и своим зеленым пятачком полез к Полинке. Ну, ясное дело: у неё же в кармашке лежал кусочек бублика и яблоко. Полинка завизжала и бросилась от Борьки, он за ней. Полинка кричала:

 

— Держи его, держи! Он меня нюхает!

 

Я бросился Борьке наперерез и уже почти ухватил его за ухо, но споткнулся и грохнулся прямо Полинке под ноги. Борька помчался к себе, чуточку застрял под сеткой, но засучил задними ножками и пролез. И тут из-за забора послышались вопли тети Зины:

 

— Ой! Боже ж ты мой! Кто ж тебя так изуродовал!? Это кому ж помешала моя безответная скотинка!?

 

А вместе с ней и запричитала Полинка:

 

— Ой-ёй-ёй! Платьице моё новое! Что теперь будет! Что я вечером маме скажу!?

 

А тетя Зина так громко ругалась у себя за забором, что даже вышла на крыльцо моя бабушка.

 

— И чем вам поросенок мой помешал! И чем я теперь его отмою! И это как же надо за детьми глядеть, чтоб они так хулиганили! — не унималась тётя Зина.

 

А тут еще наша коза с зелеными рогами бежит прямо к бабушке, трясет зелёной башкой, мекает и зелёным хвостом помахивает.

 

Ну просто ужас, как это всё вместе сложилось: коза блеет, поросенок верещит, Полинка ревёт:

 

— Это все Колька-а-а-а! Он первый начал козу красить… А я уже потом пришла…

 

Я так и ахнул: ничего себе! Оказывается, я во всем виноват! Я от обиды даже не знал что сказать. Смотрю на Полинку — и как ей только не стыдно!

 

— Это ты сказала: давай рога красить!

 

— И не я! И не я!

 

— Коза первая! Она сама лезла, кисточку нюхала! Измазалась! А уж потом мы ее докрасили…

 

И тут появился дедушка. Он постоял в сторонке, посмотрел, послушал, потом сказал:

 

— Ну, правильно! Кто виноват — коза виновата. И никто больше. Остальные все пострадавшие.

koza_3

photosight.ru. Фото: Удавыч

 

Тетя Зина махнула рукой и ушла. И стало тихо. Бабушка вынесла козе морковку, и она хрумкала ею, вполне довольная жизнью.

 

— Ну, художники, а краску-то всю извели? Калитка так недокрашенная и осталась? — И дедушка посмотрел на меня. — Дело до конца доводить надо? Как ты думаешь?

 

— Надо, — сказал я. — Там, на донышке ещё чуть-чуть есть.

 

— Тогда вперед — на месте не стой. Да, кстати, мне там ещё с уголка дощечку укрепить надо. Ты гвозди-то не растерял?

 

— Не-е-т…

 

Я хотел сказать, что Полинка все гвозди в землю забила, но не сказал. Я только посмотрел на неё: я не такой предатель, как некоторые.

 

Отмывались мы растворителем. Такая пахучая прозрачная жидкость у дедушки в сарае на полочке была. Специально для этого. И руки оттерли и коленки. Полинкино платьице тоже оттерли, и бабушка его быстренько постирала и повесила на веревке в саду, а Полинке дала пока мою майку. И только козу оттирать не стали. Бабушка махнула рукой:

 

— А пусть её ходит зеленая. К осени сама облезет.

 

Вот только Борьку, как видно, тётя Зина мыла старательно: так визжал. Бедный. Мы с Полинкой решили, что за все его муки угостим его завтра чем-нибудь вкусненьким.



Автор: Галина Лебедева, 14 августа 2014 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Галина Лебедева
Педагог, детский писатель. Автор книг «Как Маша поссорилась с подушкой» (переведена на 49 языков), «Баня», «Муравьиная страна», «Счастливое гнездо» и др. По ее сказкам созданы мультфильмы «Как Маша поссорилась с подушкой», «Огуречная Лошадка», «Случай с бегемотом». На ее стихи написано немало детских песен.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
Три рассказа о папах и отсутствии музыкальных способностей

Три рассказа об обучении музыке, папах и о том, что музыкальные способности – не самое главное в жизни.

gorod_fantazia_min

– А что, если нам с тобой – поиграть в такую игру: я буду говорить тебе – как и что у нас в городе называется, а ты будешь придумывать всему этому другие названия, веселые. Только одно условие – чтобы твое придуманное название – было похоже на настоящее, иначе у нас ничего не получится. Попробуем?

Три рассказа о папах, которые умеют убеждать

Когда ребенок расстроен и готов заплакать или когда ребенку не нравится и не хочется что-то делать, как быть? Объяснять и уговаривать? Читать нотации? Заставлять? «Батя» выбрал три рассказа о папах, которые умеют без лишних нервов убедить ребенка.

Свежие статьи
Про подготовку к «настоящей жизни». Сергей Пархоменко

Автор обучающих настольных игр и отец двоих детей Сергей Пархоменко объясняет, почему родителям нужно давать своим детям возможность учиться весело.

nedetsky_mir_min_1

Размышления отца о том, можно ли и нужно ли оберегать ребенка от окружающего мира, если, повзрослев, он все равно столкнется с «правдой жизни» и всяческими соблазнами?

Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.