Неделя после Пасхи. Про свет

И вот, в субботу перед Пасхой после шумных и даже скандальных приготовлений, из кухни, где на полу осталась мука, луковая шелуха и разноцветная посыпка, от стола, измазанного зеленой гуашью, от разведенных пищевых красителей, которые пыталась выпить наша младшенькая, мы идем в храм освящать куличи и яйца. Они уложены в корзине, накрытой белым полотенцем.

 

На улице уже совсем весна – первая зелень, синее небо, теплый воздух. Со всех сторон к нашему храму идут люди с корзинами и пакетами, в которых, как и у нас – яйца и куличи. Мы стоим в очереди, здороваемся со знакомыми, а потом ставим на столы, вынесенные прямо на улицу куличи теплого коричневого цвета, темно красные, прокрашенные луковой шелухой яйца.

Фото: troitsa-horoshevo.ru

Фото: troitsa-horoshevo.ru

Подходит священник в белом, а за ним несут серебряную чашу, и вот — над столами летит искрящаяся вода. Потом мы заходим в храм, чтобы приложится к плащанице, и там видим, как в потоках солнечного света горят красные свечи.

 

Ночью вместе со старшими детьми мы идем на Крестный ход. У храма стоит много людей со свечами, мы зажигаем от других наши свечи, а потом вместе начинаем двигаться вокруг церкви. Это редкий момент, когда ты можешь почувствовать и осознать, что действительно идешь вместе с людьми и вам действительно есть куда идти вместе.

 

Потом наступает Пасха, а за ней неделя, когда свет может стать особенно зримым. Ты замечаешь свет, которым пронизана обычная жизнь, обычные ежедневные моменты.

 

Мы идем с четырехлетней Машей в детский сад. Решили пойти пешком — погода хорошая. Она держит меня за руку, замечает и комментирует все подряд: желтые цветы, собак в комбинезонах, которые смешно ходят кругом друг за другом, разбитое стекло, перышко на асфальте, деревянного богатыря, которые похож на дедушку. Раньше она любила задавать вопросы: «А зачем на свете травка?», «А зачем на свете птичка?», «А зачем на свете деревья?», и, наконец, «А зачем на свете свет»? И это звучало как песня или стихи…

 

Вечером она просит меня рассказать сказку про пингвина, который разучился плавать, но зато научился летать. Это вполне похоже на нашу жизнь – на кризисы, которые лишают нас возможности делать обычные вещи, но учат делать вещи невозможные. Потом Маша засыпает. Иногда перед сном она пытается выключить весь свет в квартире и резко пресекает попытки братьев оставить горящей лампочку, чтобы почитать.

 

Cпит ребенок, за окнами дождь,
За стеною беседуют двое,
Здесь меня оставляет в покое
Наша общая древняя дрожь,

Поживи эти восемь минут,
Будто все в этом мире в порядке,
Будто плод запрещенный и сладкий
Еще, может быть, и не сорвут.

 

Я прихожу домой с работы. Младшая дочка Василиса топает навстречу со счастливым «папа, папа». Глаза горят, рот сияет улыбкой, руки тянутся к тебе – «На луки, на луки»! Конечно, сразу хватаешь ее на руки, и она кладет тебе голову на плечо. Ты идешь на кухню. Дочки залезают к тебе на колени – одна на одно, другая на другое, и пытаются есть из твоей тарелки. Подтягиваются сыновья, начинают делиться мыслями, шутками и происшествиями. Потом можно лечь на диван и пусть по тебе ползают, прыгают твои дети, пусть нападают на тебя с пластмассовыми мечами, берут тебя в плен, делят твои руки и ноги, накрывают с головой одеялом, визжат «Папа, спаси меня!» или «Саша, хватай папу!». Пусть они ползают по полу, завернувшись в одеяло. Пусть хватаются за твои ноги, а ты ходишь по квартире, волоча их за собой. Пусть все это будет.

Фото: Алиса Калинина

Фото: Алиса Калинина

Я теперь живу в хорошем дне.
Здесь бежит веселый сын ко мне.
А весенний вечер из окна
наливает свет на кухню к нам.

Маленький кофейник на плите
Здесь согрет для дорогих гостей.
И лежит брусками пастила
на прямоугольнике стола.

 

Кажется, что в эти дни Светлой седмицы все должно быть по-особенному – тихо, светло, умиротворенно. Но дети, как и в другие дни, капризничают, ссорятся, роняют на пол освященные яйца. Но именно в эти дни я могу увидеть все это происходящим не в суете и нервозности, а в тишине, свете и просторе.

 

День, наполненный до краев,
Свет из теплого янтаря,
День выходит из берегов
И впадает во все моря.
Отпускает рыбак улов,
Тихо светится даже тень.
Если к радости ты готов,
Не закончится этот день.



Автор: Павел Федосов, 5 мая 2016 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Павел Федосов
Руководитель Управления молодежных программ Фонда Андрея Первозванного. Музыкант, поэт. Отец четверых детей.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.

Мирослав Бакулин. Зубной рай

Все казалось ему, что отец наклонится, подмигнет хитро и станет, крутясь, как мокрая собака стряхивает с себя воду, сбрасывать с себя и слежалый ватник, и дырявую майку, и дряблую кожу, и поднимется снова, улыбающийся, белобрысый, и снова станет детство.

Владимир Лучанинов. Научить ребенка верить – как?

Главный редактор православного издательства «Никея» Владимир Лучанинов о детях в храме, о православном воспитании и своих пяти дочках.

Свежие статьи
nedetsky_mir_min_1

Размышления отца о том, можно ли и нужно ли оберегать ребенка от окружающего мира, если, повзрослев, он все равно столкнется с «правдой жизни» и всяческими соблазнами?

Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.

lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.