Дневник папы одного мальчика. Выходной с завесой тайны

На воскресенье был заранее запланирован поход в музей. Полтора года назад, будучи годовалым малышом, Егор уже посещал подобное заведение. Тогда это был музей изобразительных искусств. Едва ли наш сын помнит это мероприятие, и едва ли в музее что-то так сильно поразило и удивило его, как поразил музейных смотрительниц визит столь юного экскурсанта.

 

На этот раз – мы отправились в Музей природы. Там очень много интересных экспонатов: удивительно точные композиции, демонстрирующие разнообразие уральской природы на севере и юге, западе и востоке, различные камни и минералы, которыми так славится наша земля, и, конечно же, впечатляющие образцы из мира животных и насекомых. Для детей – просто изумительно. И познавательно. Егор не скучал.

 

dpom_1

.

Наибольший интерес вызвали чучела всяческих уральских животных, среди которых время от времени попадались экземпляры не бог весть как попавшие в наши края. Егор безо всякого труда распознал лося, медведя, зайца, волка и лису, искренне обрадовался ежику, посмеялся над фламинго.

 

Я, еще до прихода в музей, долго думал, как объяснить сыну, так любящему зоопарк и живых животных, что это такое стоит за стеклами музейных витрин? Говорить ему о технологии изготовления чучел, о смерти, предшествующей «музейному бессмертию», совсем не хотелось, откровенно врать – тем более. Пришлось объяснить ему, что это не настоящие зверюшки, а просто игрушечные, пусть и очень похожие на настоящих. В общем, как-то сложно все это объяснялось… Хотя сын, мне кажется, понимал.

 

Но больше всего я переживал за тот момент, когда Егор увидит головы животных (лося и кабана), этакие охотничьи трофеи, висящие на стене. Как объяснить малышу, что это такое? Задачка по своей сложности сравнимая с превращением ртути в золото. К моему счастью, объяснять ничего не пришлось, Егор сам нашел ответ:

 

– Лось застрял… – сострадательно констатировал он, глядя на стену. Спорить с ним не хотелось.

 

Смотрительницы музея не переставали умиляться – насколько искренне увлеченный мальчик пришел к ним. Такой маленький, но такой любознательный, способный по одному лишь скелету мамонта распознать в нем слона. Одна из них умилилась настолько, что позволила нам осторожненько заглянуть под плотную ткань, закрывающую какую-то новую, пока еще скрытую от глаз посетителей витрину.

 

Первой поспешила заглянуть под завесу тайны наша мамочка Иришка. Любопытство сыграло с ней нехорошую шутку — едва она приподняла уголок ткани, как тотчас, испугавшись, закрыла все обратно. Тут, уже не на шутку, были заинтригованы мы с Егором.

 

Под черной тканью, в стеклянном параллелепипеде лежало чучело огромного, около пяти метров в длину, крокодила с разверзнутой пастью. Именно с этой пастью, так сказать нос к носу, столкнулась наша мама. Егор был поражен. Против всяких позволений он заглядывал под завесу еще и еще раз, его глаза горели нездешним огнем.

 

— Крокодил Гена, – прошептал малыш, и стало понятно, насколько померкла в его глазах вся прочая экспозиция музея.

 

dpom_2

 

Достаточно было всего одного, именно этого экспоната, чтобы оправдать стоимость входных билетов, чтобы этот день уже наверняка запомнился сыну. Ему хотелось полностью сдернуть черную ткань с «чудовища» и рассмотреть его получше, при дневном свете. Но этого, само собой, никто не позволил, пусть это было и не совсем честно по отношению в юному натуралисту.

 

— Приходи к нам через две недели. К тому времени мы все подготовим, уберем тряпочку и на крокодила смогут смотреть все, кто захочет, – сказала смотрительница, только раздразнившая мальчишеское любопытство.

 

Егор кивнул: он придет.

 

Стараясь как-то отвлечь сына от грез об огромной рептилии, мы отправились в известный торговый центр, чтобы позволить Егору переварить полученную за день информацию и дать ему порезвиться в детской игровой комнате. С недавнего времени такая комната стала очень желанным местом для малыша. В эту игровую комнату он готов ходить в любой день недели и в любое время суток. Приходя туда, сын тотчас принимается выпроваживать нас, намекая на то, что он уже достаточно большой, чтобы родители без опаски могли оставить его среди другой, пусть и немногочисленной детворы. Он сам способен обеспечить свой досуг, и совсем не будет скучать по родителям. И плакать не будет. Признаться, мы по-хорошему рады этому факту, и визиты в эту комнату называем между собой «подготовкой к детскому саду».

 

Забирали разгоряченного и раскрасневшегося сына через полтора часа. На прощание, как и всегда, маленького гостя угостили мармеладным медвежонком. Впрочем, Егор прекрасно помнил об этой церемонии и, еще надевая штаны, начал выпрашивать себе угощение. Очень трогательный и запоминающийся момент, как мне кажется. Для меня, человека родившегося в 1980-м, в год олимпиады в Москве, церемония прощания с участием милого мишки – это всегда гораздо больше, чем просто прощание. В таких случаях я всегда ощущаю особенную торжественность момента, и слезы умиления сами собой подступают к глазам.

 

На наши родительские расспросы – как и с кем играл сын, Егор уклончиво ответил, что играл с шариками, катался с горки, и нехотя добавил, что играл с девочкой по имени не то Олеся, не то Алиса. Нам с Иришкой так захотелось знать подробности – как они познакомились, кто первым подошел, как он узнал имя, чем они занимались и многое-многое еще… Ведь сын только-только начинает полноценное общение с другими, незнакомыми детьми. Но на все наши дальнейшие расспросы малыш отвечал твердым молчанием. И загадочно улыбался.

 

Как и в случае с музейным крокодилом – Егор лишь слегка приоткрыл завесу тайны, заинтриговал, увлек…и оставил все до следующего раза. Хитрец… Вот и выходит, что полуоткрытая тайна – гораздо интереснее и притягательнее, чем тайна, раскрытая полностью или вовсе неизвестная, вне зависимости от того — ребенок ты или взрослый.



Автор: Сергей Путин, 27 сентября 2013 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Сергей Путин
Юрист. Некогда участник литературного клуба "ЛебядкинЪ" при журнале "Урал". Публикуется в литературных изданиях и на интернет-ресурсах. Пишет в основном о детях и для детей. Женат, воспитываю сына Егора и дочек Ульяшу и Варю.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.

Мирослав Бакулин. Зубной рай

Все казалось ему, что отец наклонится, подмигнет хитро и станет, крутясь, как мокрая собака стряхивает с себя воду, сбрасывать с себя и слежалый ватник, и дырявую майку, и дряблую кожу, и поднимется снова, улыбающийся, белобрысый, и снова станет детство.

Владимир Лучанинов. Научить ребенка верить – как?

Главный редактор православного издательства «Никея» Владимир Лучанинов о детях в храме, о православном воспитании и своих пяти дочках.

Свежие статьи
Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.

lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.

Мужчина и его остров

Несколько слов о мужском внесемейном досуге.