Мост на семь верст: начался Великий пост

«Счастлив, кого с детства добрые и благочестивые родители приучили к храму Божию и ставили в нем посреди народа молиться всенародной молитвой, праздновать всенародному празднику. Они собрали ему сокровище на целую жизнь, они ввели его подлинно в разум духа народного и в любовь сердца народного, сделав и для него церковь родным домом и местом полного, чистого и истинного соединения с народом», – писал Константин Петрович Победоносцев. И самое подходящее время для того, чтобы развить в ребенке чувство церковной жизни, – это время Великого Поста и празднования Пасхи.

 

Но как сделать так, чтобы период этот не был воспринят ребенком как тяжелые недели запретов, а стал для него и в будущем, как говорил Иоанн Кронштадтский, «временем истинно дорогим для людей, умеющих поститься, как должно, в духе христианском»? Как раз у народа и надо, пожалуй, черпать эту науку.

Н.П. Богданов-Бельский. 'В церкви'

Н.П. Богданов-Бельский. ‘В церкви’

В прежние времена вся Россия менялась в эти дни, и ощущение Великого Поста витало в воздухе. «Иду через базар. Он пахнет Великим постом: редька, капуста, огурцы, сушеные грибы, баранки, снетки, постный сахар… Торговцы не ругаются, не зубоскалят, не бегают в казенку за сотками и говорят с покупателями тихо и деликатно», – так описывал Василий Акимович Никифоров-Волгин свои детские впечатления чистого понедельника.

 

Сейчас сложнее – пост начался, а в общем и целом окружающая картина не меняется. Между тем, для ребенка очень важно именно то, что он видит, что ощущает вокруг себя. И тут огромное значение имеет пример родителей. И, конечно же, их объяснение ребенку, зачем и почему мы постимся. Пояснения и все родительские наставления не должны быть сухими и обязывающими, хорошо, если они сопровождаются народными присказками, притчами, какими-то живыми историями. Тогда ребенку будет интересно.

«Стоит мост на семь верст. У конца моста стоит яблоня, она пустила цвет на весь Божий Свет», – не каждый ребенок сразу отгадает, что это семинедельный Великий пост и Пасха. Но зато, когда узнает разгадку, легко запомнит, сколько длится пост, и поймет, что, отказываясь в этот период от каких-то своих удовольствий и лакомств, мы готовимся к Празднику.

 

«Во время поста и пища проста», но ведь не в еде дело. Куда важнее, «поститься духом». Не зря ведь говорят, «пост да молитва небо отворяют». А без молитвы пост – диета. «Если бы в посте все дело было в еде, то святыми были бы коровы», – говорил святой Иоанн Дамаскин.

 

Но, как известно, «невольник не богомольник», и потому для ребенка важнее прочувствовать красоту и глубину богослужения, чем отстоять всю службу. Зато, уловив эту красоту, детская душа сама потянется к Богу, сама захочет произнести: «Помилуй мя, Боже…»

 

Поэт Сергей Михайлович Соловьев вспоминал свой первый Великий Пост: «…священник в черной камилавке выплывал из мрачно закрытого алтаря и начинал чтение канона Андрея Критского. Я мало понимал тогда в сложной символике этого канона, но он меня потрясал и зачаровывал».

 

Особое восприятие великого покаянного канона описано и у Никифорова-Волгина. В детских воспоминаниях писателя переданы чувства мальчика, соблюдающего пост, старающегося не баловаться перед исповедью, подходящего к Причастию… Чтение этих рассказов поможет маленьким прихожанам увидеть многие незаметные радости церковной жизни.

 

«Когда я был ребенком, – вспоминал протоиерей Александр Шмеман, – моя мать обычно запирала рояль на первой, четвертой и седьмой неделе Великого Поста. Это сохранилось в моей памяти ярче, чем длинные великопостные богослужения…» Именно из детских воспоминаний соткано наше взрослое восприятие мира, и именно такие, казалось бы, мелочи, увиденные ребенком, определяют его будущее отношение к посту.

 

Вспоминаются описания Ивана Сергеевича Шмелева: «Я просыпаюсь от резкого света в комнате: голый какой-то свет, холодный, скучный. Да, сегодня Великий Пост. Розовые занавески, с охотниками и утками, уже сняли, когда я спал, и оттого так голо и скучно в комнате». Но чтобы не был пост голым и скучным, чтобы не оставался он в сознании ребенка только лишь черной полоской в году, необходимо передать ребенку и светлые переживания поста, как делал это плотник Горкин, которому посвящены многие страницы шмелевской повести: «…нет ни медведиков, ни горок, – пропала радость. И радостное что-то копошится в сердце: новое все теперь, другое. Теперь уже “душа начнется”, – Горкин вчера рассказывал, – “душу готовить надо”. Говеть, поститься, к Светлому Дню готовиться».

 

Самое важное, пожалуй, во время поста для ребенка – это общение, общение с человеком, который научит видеть радость поста, радость ожидания Пасхи, который напомнит о непростом труде души. Во время поста – общайтесь со своими детьми, проживайте рядом с ними и вместе с ними эти семь седмиц, проходите рядом и вместе «семь верст» этого моста.



Автор: Александра Оболонкова, 15 февраля 2010 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Александра Оболонкова
Журналист и редактор. За цикл радиопрограмм о милосердии в 2008 году была награждена премией СЖР «За лучшее журналистское произведение». Воспитывает сына.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
Владимир Лучанинов. Научить ребенка верить – как?

Главный редактор православного издательства «Никея» Владимир Лучанинов о детях в храме, о православном воспитании и своих пяти дочках.

Что такое Пасхальная радость? Священник Петр Боев

Что делать, чтобы донести до людей нецерковных, но Пасху празднующих, духовный смысл Праздника? Как самим не растерять Пасхальную радость? Как быть, если «Пасха прошла мимо»?

С нами Бог!

Егорка увлеченно рассказывал папе о том, как ему понравилось в алтаре, какая сегодня торжественная служба, и как он рад тому, что стал теперь совсем большим. Папа, улыбаясь, слушал сына и смотрел на звёздное небо. Вдруг что-то необычное полностью привлекло его внимание. Он остановился и потрепал Егорку за рукав: – Смотри, смотри скорее, ты что-нибудь видишь?

Свежие статьи
Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.

lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.

Мужчина и его остров

Несколько слов о мужском внесемейном досуге.