«Взрослый – прав, сиди и не отсвечивай!»

— Расскажи, пожалуйста, какие книги ты любишь читать? — спрашиваю я 13-летнюю девочку, которую учу писать сочинение.

 

— Она любит Чехова, еще Достоевского и Пушкина, — отвечает за ребенка мама, которой хочется посмотреть, чем я буду заниматься с ее дочерью.

 

В тетради у школьницы большие тексты про красоту природы, любовь к Родине, людям и животным. Аккуратный почерк, правильные мысли. Везде чувствуется опытная родительская рука.

photosight.ru. Фото: Смагин Александр

photosight.ru. Фото: Смагин Александр

Вот только мне не интересны мамины сочинения и ее ответы на мои вопросы к девочке. Внимательный родитель ласково, но настойчиво выпроваживается из комнаты для занятий, и с этого момента начинается моя работа.

 

К середине первого часа мне удается рассмешить ученицу, а к концу я узнаю, что Антон Павлович Чехов, конечно, очень хороший писатель, но Гарри Поттера читать интереснее. Это моя маленькая победа.

 

Подросток начал понимать, что я жду от него не правильных ответов и не пересказов учебника по литературе, а «просто» связного изложения ее собственных мыслей на любую тему. Или не связного. Чтобы увидеть, что на самом деле интересно моему собеседнику, нужно минут двадцать разговаривать на самые разные темы.

 

В прошлом году я вел практику у студентов третьего курса одного из московских вузов.

 

19-20-летние молодые люди сперва тоже пытались отвечать мне «правильно». Во время второй встречи я травил байки и задавал самые разные вопросы, чтобы ребята могли говорить. Просто говорить.

 

В этом году мне приходится то же самое делать со студентами первого курса. 17-летние подростки очень хотят изменить мир, но их первые сочинения на свободную тему — это смесь средневековых проповедей про нравственность и миссию журналистов, идеологических штампов, которые они получили в школе, и неуклюжих попыток быть оригинальными и вывести преподавателя из себя.

 

Вот пример отчаянной подростковой дерзости. Студент-третьекурсник на мой вопрос: «Что бы вы хотели узнать во время практики» перечисляет темы и добавляет:

 

— Если, конечно, вы можете этому научить.

 

Сама по себе реплика разумная. Преподаватель — не компьютер, всему научить не может, но выражена эта мысль слишком прямолинейно. На грани фола.

 

Показная правильность царит и на госэкзаменах. Юноши и девушки лет двадцати двух бодро пересказывают текст учебника. В их глазах при этом читается ужас, невыразимая скука и желание как можно быстрее избавиться от зануды-преподавателя, задающего дополнительные вопросы.

photosight.ru. Фото: Королевский Иван

photosight.ru. Фото: Королевский Иван

Перед нами выпускники журфака (разумеется, не все такие), которым уже скучно в профессии.

 

Причины этой тоски — постоянные попытки учителей и родителей либо отделаться от детей, либо навязать им свои ответы на вопросы «что такое хорошо» и «что такое плохо».

 

Я не могу их осуждать. Сам часто устаю от сына, которому всего шесть лет. Мне гораздо легче приказать, чем объяснить. Вот только с подростками это не работает. В результате юноши и девушки четко усваивают два основных принципа взрослой жизни:

 

1. Твое личное мнение никому не интересно. Сиди и не отсвечивай.

 

2. Автор учебника (педагог, родитель, начальник) всегда прав. Не хочешь проблем — сошлись на авторитетное мнение, найди социально правильный ответ и живи спокойно.

 

Подростки превращаются в «безмолвствующее большинство». То есть они разговаривают со своими сверстниками, общаются в социальных сетях, но предпочитают не пускать взрослых в свой мир.

 

Взрослый для них — это школьная учительница «МарьИванна». Ее приходится слушать, иногда отвечать на вопросы, совершенно далекие от реальной жизни.

 

Вот вам, дорогой читатель, в 14-15 лет было интересно, как Базаров шел к революции, сколько чугуна и свинца выпускается в мире или чем тычинка отличается от пестика?.. Добавим к этому учебники, большинство из которых написаны так скучно, как будто их автора пытали, чтобы добыть информацию.

 

А еще есть папа и мама, которые могут упасть в обморок от того, что ребенок красит волосы в синий цвет или делает пирсинг.

 

Помню, лет в 18 я приехал в гости к одной девушке, чья мама в порыве откровенности за чаем мне сказала: «Я всегда говорила дочери, что главное — это нравственность». Сказано это было таким категоричным тоном, что мне захотелось сразу сделать что-то неприличное и посмотреть на реакцию этой почтенной женщины.

 

А теперь представьте, что подросток видит «моральных авторитетов» ежедневно. Вы бы на его месте стали откровенно говорить взрослым о своих мыслях и чувствах?

photosight.ru. Фото: Артем Шутов

photosight.ru. Фото: Артем Шутов

 



Автор: Андрей Зайцев, 21 ноября 2016 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Андрей Зайцев
Журналист, редактор, преподаватель, специалист по древнерусским житиям. Сотрудничал с изданиями «НГ-Религии», «РЖ», «Нескучный Сад», «Фома», «Татьянин день» и др. Женат, воспитывает сына.
ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА
«Взрослый – прав, сиди и не отсвечивай!»

17-летние подростки очень хотят изменить мир, но их сочинения на свободную тему — это смесь средневековых проповедей про нравственность, идеологических штампов и неуклюжих попыток быть оригинальными и вывести преподавателя из себя.

О чем волнуются отцы школьников?

Конкуренция, «правильное» воспитание, тяжелый портфель – о чем еще волнуются отцы школьников?

Свежие статьи
Записки приемного отца. 5 страшных минут из жизни папы

«Где мой ребенок?!» Размышления о детской самостоятельности.

lubimov_min

Актер театра и кино Илья Любимов размышляет о родительской жертве и об одиночестве детской души.

Мужчина и его остров

Несколько слов о мужском внесемейном досуге.