Кто такие герои?

В преддверии Дня Победы всегда много говорят о героизме, но как объяснять детям, что это значит?

Книга Вячеслава Бондаренко «Двенадцать подвигов во славу Отечества» просто, ёмко и интересно рассказывает всего лишь о некоторых примерах — совершенно разных, каждый из которых по-своему уникален и в то же время напоминает о самоотверженности тысяч защитников Родины. Книга охватывает краткий период времени — от 1914 до 1944 года, все рассказы дополнены историческими иллюстрациями и документальными фотографиями. Это не мифы и не легенды, а истории людей, живших не так давно. И это позволяет юному читателю понять, что героизм — это не абстракция, это судьбы реальных людей.

На вопрос, что самое важное хочет сказать автор школьникам, когда пишет о войне, о героях, о подвигах, Вячеслав Бондаренко отвечает: 

– Герой – это не человек, который вовсе не испытывает страха. Просто для него есть вещи гораздо важнее страха: Бог, Родина, честь, долг. И все это – сильнее смерти.

И еще – героя невозможно «вычислить» в толпе по орлиному взору и косой сажени в плечах. Это самые обычные люди, живущие среди нас. Но в решающей ситуации они преодолевают себя и делают то единственно верное, что нужно было сделать. Это и есть герои.

– Есть ли среди героев кто-то один, о чьем подвиге вам хотелось рассказать школьной аудитории особенно?

– Наверное, это летчик, старший лейтенант Александр Мамкин. В апреле 1944-го он вывозил на своем маленьком гражданском самолете детей из партизанской зоны. В полете его атаковал немецкий истребитель, от вражеских пуль загорелся мотор. Огонь скоро охватил кабину пилота, самого летчика… Но объятый пламенем офицер сумел дотянуть до линии фронта и посадил самолет на аэродром. Спросил только «Дети живы?» – и потерял сознание.

Вскоре он умер от обширных ожогов. Врачи так и не смогли потом объяснить, как самолет мог вести человек с обгоревшими до костей ногами… А спасенные им дети бережно хранили о нем память, сейчас эстафету переняли их внуки, правнуки. За свой подвиг Александр Петрович Мамкин был представлен к званию Героя Советского Союза, но по неизвестным причинам не получил его.

(Из интервью редактору сайта Издательского совета РПЦ Валентине Курицыной: Вячеслав Бондаренко. «Герой – это не человек, который вовсе не испытывает страха…»).

Журнал «Батя» публикует главу из книги В. Бондаренко «Двенадцать подвигов во славу Отечества», посвященную Александру Мамкину — 27-летнему летчику, который не успел завести своих детей, но десятки мальчишек и девчонок после войны называли себя «детьми Мамкина».

Герой огненного рейса

Александр Мамкин

До Великой Отечественной войны лётчик Александр Мамкин занимался мирной работой — перевозил людей и грузы на пассажирском самолёте. И ничем не выделялся среди своих знакомых-пилотов. Так часто бывает: в обычных условиях человек может казаться ничем не примечательным и даже заурядным. А вот когда нужно будет себя проявить, тогда-то он раскроется в полную силу, и все удивятся: и откуда в нём эта храбрость, сила духа? А удивительного ничего нет. Всё зависит от того, какими нас воспитали родители, какие книги мы в детстве читали, о чём мечтали и на кого хотели быть похожими.

Вот и Александр, когда началась война, явился к начальству и попросил:

— Отправьте меня на фронт. Не могу я быть в тылу, когда Родина в опасности!

— Ладно, товарищ Мамкин, — ответили ему. — Учтём ваше желание. Есть и для гражданских лётчиков на фронте работа.

И действительно, во время войны даже гражданская авиация создавала свои военные части. Служили там лёгкие тихоходные самолёты марки Р-5. Но лёгкий и тихоходный не всегда значит плохой. Для ночного бомбардировщика и разведчика эти качества на вес золота. Ночью он планирует с выключенным мотором к позициям противника, а вражеские зенитчики его даже не заметят. Так что фашисты очень боялись таких самолетов.

…Началась боевая служба гвардии старшего лейтенанта Александра Мамкина. Воевал он мужественно, был награжден орденом Отечественной войны. А в апреле 1944-го командир вызвал его в штаб полка.

— Товарищ гвардии старший лейтенант, очередное задание для вас будет необычным. Наши партизаны спасли из Полоцкого детского дома сто пятьдесят ребят, у которых фашисты собирались выкачивать кровь для своих раненых солдат. Но теперь и в партизанской зоне малышам оставаться опасно. Немцы готовят большое наступление против партизан. Поэтому мы будем самолётами вывозить детей к нам, через линию фронта. Летать нужно будет по ночам, чтобы фашисты ничего не заподозрили. Справитесь?

— Так точно, товарищ гвардии полковник, справлюсь.

Самолет Р-5

И вот вылет. Первый, второй, пятый… Множество женщин и детей перевёз через линию фронта Александр Мамкин. И вот десятый вылет на задание. Разбежавшись, Р-5 взмыл в воздух и на небольшой высоте пошел к линии фронта. Ночь была тихой, безлунной, пилоту это только на руку — разглядеть в такую ночь самолёт очень сложно. Сколько раз уже приходилось Мамкину пересекать линию фронта, но и сейчас внутри всё сжималось от волнения — а вдруг немцы заметят? Но нет, всё в порядке. А вот и огни внизу, это партизаны сигналят ему о том, что можно садиться.

Партизанский аэродром был сделан… на льду озера Вечелье. Места в этих краях лесистые, болотистые, площадку под самолёты отыскать непросто. Вот и разметили взлётно-посадочную полосу на уже ломком весеннем льду. В кабину самолёта набились ребятишки вместе с воспитательницей*. Да ещё двух раненых партизан Мамкин взял… под крылья. Для этого к ним были подвешены два удобных ящика. Ложишься в них и летишь себе лёжа.

— Ну, с Богом! Удачи тебе! — Партизанский командир взмахнул на прощанье рукой.

— До свиданья, до свиданья! — замахали руками дети своим родным. — Скоро увидимся!

Погрузка детей в самолет А. Мамочкина. (В партизанском отряде во время проведения операции «Звездочка» работали кинооператоры, благодаря чему появились эти уникальные кадры.)

Зарокотав мотором, Р-5 разбежался по озёрному льду и взмыл в воздух. Партизаны постарше крестили удаляющийся самолет.

В ночном небе холодно, гораздо холоднее, чем на земле. Только ледяной ветер свистит вокруг. Но на этот раз из-за облаков выползла луна. Слабый серебряный свет упал на крылья перегруженного Р-5.

И в этот момент из-за туч показался немецкий истребитель «Мессершмитт». Заметив одинокий самолёт с красными звёздами, он бросился в атаку. Загремели пулемётные очереди, засвистели пули. Заплакали от страха дети за спиной Мамкина.

— Держитесь крепче! — крикнул лётчик, накреняя машину на крыло.

Один вираж, другой — и пули не попали в детей и раненых, все пришлись на мотор самолёта. А «Мессершмитт», сделав пару злобных кругов поодаль, вдруг исчез так же внезапно, как и появился. Наверное, он возвращался с задания почти без патронов и поэтому, выпустив по Р-5 несколько очередей, отстал. Но пули, к несчастью, попали в бензопровод мотора. Бензин воспламенился, и едкий дым окутал двигатель самолёта. А до своих ещё лететь и лететь…

Мамкин был опытным лётчиком, и машина продолжала его слушаться. Медленно, но верно Р-5, оставляя за собой дымный хвост, приближался к своим. А огонь тем временем охватил уже весь мотор и приближался к пилотской кабине. Вот загорелся приборный щиток, вот Александр почувствовал, как огонь лижет его ноги. «Ничего, — думал пилот. — Лишь бы пересечь линию фронта, а там можно будет сесть».

Кабина Р-5 уже пылала вовсю. Едкий дым застилал лётчику глаза, забивал дыхание. И огонь, страшный огонь был вокруг. Уже горел комбинезон на Александре, горели его руки в перчатках, сжимавшие штурвал, горели летчицкие очки. А за его спиной кричали от страха беспомощные дети. Их от Мамкина отделяла прочная перегородка, и лётчик, забыв о боли, молился теперь об одном — чтобы эта перегородка выдержала. Только что позади осталась линия фронта, но надо ещё выбрать подходящую площадку, чтобы сесть.

Бойцы одной из красноармейских частей, занимавших позиции недалеко от деревни Пруды (Полоцкий район Витебской области) с тревогой следили за горящим самолётом, который показался из-за кромки леса, тяжело снизился и неуклюже, будто вслепую плюхнулся на относительно ровную полоску земли у озера. Прокатился несколько десятков метров и беспомощно замер, окутанный чёрным дымом. К пылающему Р-5 со всех сторон бросились люди. Солдаты по одному вынимали из кабины плачущих, перепуганных, но невредимых детей, выносили из ящиков раненых партизан.

— Как вы? — участливо спросил один из бойцов вытирающую глаза воспитательницу. — Натерпелись страху?

— Да мы-то хорошо. Целы все. А вот лётчик…

Александра вынимали из кабины особенно бережно. И слёзы встали в горле у всех, даже у видавших виды врачей. Лётчик обгорел так, что его было сложно узнать. Вцепившиеся в штурвал пальцы приходилось разжимать силой.

— Дети живы? — только и спросил Мамкин. И потерял сознание.

Героя срочно отправили в госпиталь, но увы — слишком тяжелы были полученные им ожоги. Вскоре Александр умер.

Посмертно гвардии старшего лейтенанта А. Мамкина наградили орденом Красного Знамени. А память о нём сейчас бережно хранят уже внуки и правнуки тех, кого он спас апрельской ночью 1944 года. Его именем названа улица в Полоцке.

*Удивительно, но в этот рейс в совсем небольшой самолёт удалось втиснуть десять детей, их воспитательницу Валентину Латко и ещё взять двух взрослых раненых партизан.

Книга «Двенадцать подвигов во славу Отечества» доступна для чтения в  электронных библиотеках.



    Автор: Редакция, 7 мая 2020 года

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

    АВТОР
    Журнал «Батя» - место, где можно делиться опытом, обсуждать, советоваться, как сделать наших детей чуточку счастливее, как научить их добру и вере, как нам самим быть настоящими папами, отцами, батями…
    ДРУГИЕ СТАТЬИ РАЗДЕЛА

    Папиного дня в общероссийском календаре пока нет, а сказка о нем – есть!

    Я бы рано или поздно опустил руки и смирился, если бы не одна мысль. А ведь на самом деле трудно назвать современных детей не читающими.

    Хороших книг о врачах много, но мы выбрали лишь несколько, чтобы напомнить, что часто врач — это больше чем профессия.

    Свежие статьи

    Рассказ об одном летнем дне отца с детьми.

    Сложно понять и принять, что деменция неизлечима, но можно продлить светлый период.

    Актер театра и кино Сергей Перегудов о зрелом отцовстве и о том, как востребованному артисту успевать быть папой и как быть родителем в тревожные времена.